Чтобы хоть чем-то убить скопившееся время, Аналана возобновила любимое когда-то занятие― эксперименты, выведение новых видов. Конечно, туннели метро не лучшее место для подобного хобби, и работать приходится с весьма ограниченным материалом― крысами, червями, теми же мантидами, пойманными на поверхности, и конечно людьми. Желая вывести новую армию суперсолдат, она не останавливалась ни перед чем. Слова «этика» и «гуманность» для нее стали пустым звуком, окончательно покинув лексикон, сменившись садистским интересом ученого. Вдобавок, она была твердо уверена, что раз получилось создать армию менктеров, полулюдей― полуживотных, обладающих сознанием, то выйдет и сейчас. В сохранившихся лабораториях лучшие умы, которых можно было найти в разрушенном Севаре, создавали чудовищных тварей под дистанционным командованием Машины и Голоса, который не давал ей окончательно свихнуться. У Севара вновь было два Бога, только механических.
И вот, что удалось получить в условиях тотального дефицита препаратов и лекарств, с кое-как работающей электроникой и нехваткой кадров, применяя все подряд, от скрещивания геномов до радиации. Работа шла черепашьими шагами, потому как часть энергии шла на поддержания существования кучки выживших, обеспечивая их продуктами и необходимыми вещами. Однако упертость Машины не оставляла шанса на провал, и спустя пятьсот лет после начала исследований, Севар получил «детей тьмы» ―дакнесов, как назвала их Аналана.
Разумного мозга они не имеют, а цикл жизни сводится к бесконечному пожиранию, и неважно чего или кого. Дакнесы сжирают все, что движется, они вечно голодны и редко чувствуют насыщение, при этом быстро размножаясь. Кого и с кем тогда скрестила Аналана, чтобы вывести этих монстров, она уже не вспомнит, да это и не имеет значения― важен сам результат. Монстры получились на славу― злые, голодные и жестокие, идеальные солдаты, чтобы выжить в условиях вечного холода и темноты подземелий. А самое главное, они не нуждаются в драгоценной Силе. Все, что нужно дакнесам― один мантид в неделю, чтобы они от голода не пожрали самих себя.
Уже пару сотен лет Машина держит их здесь, в закрытом с двух сторон железными воротами перегоне туннеля, рядом со своим Городом. Пару раз она пыталась выпускать их наружу небольшими отрядами, но толку от этого было мало. Хоть те и находили мантидов, доставляя множество неудобств по ночам, при свете солнца от них не было никакого проку. Дакнесы могут обитать только в электрическом свете метро. Вот Машина и ждала подходящего момента испытать свою армию, до сегодняшнего дня.
Когда тяжелые двери туннеля полностью открылись, ее творения вырвались наружу, оглашая станцию крысиноподобными пищащими звуками. Вечно голодные, не знающие пощады, они накинулись на мантид, разрывая тварей голыми руками, свершая ее месть. Теперь нужно найти безопасное место и подумать, решить, что делать дальше. Пожалуй, в этом они схожи с Наланой, все- таки основные стороны души не меняются даже за тысячу лет.
Как же я ошибалась, наивно полагая, что после Войны Богов, повторяющимися кошмарами Лимба и ужасами постапокалиптического Севара, не смогу чего-то испугаться. Когда с грохотом открылись двери туннеля, и из темноты послышались чавкающие звуки, перемешивающимися с крысиным попискиванием, слишком громким под высокими потолочными сводами, первая мысль была― крысы. Черт, она натравила крыс, огромных мутантов размером с лошадь, с длинными усатыми мордами, крепкими зубами, способными перегрызть даже сталь, и длинными мерзкими кожаными хвостами, одним ударом которого легко можно снести голову.
До сих пор моим самым жутким кошмаром являются крысы, передергивает даже от одного слова, а уж представив, по телу проносятся жуткие мурашки и хочется бежать сломя голову. Не знаю, какое чувство к ним больше― страх, презрение или отвращение. Ведь не смотря на свою отталкивающую внешность, это безумно умные твари, способные перенести даже ядерный удар и при этом выжить.
И вот теперь жуткая фобия становится реальностью. И если кановары были ужасны, мантиды пугающи, то это попискивание вызывает настоящую панику. Как назло, лучшее, что могу сейчас сделать― просо удрать, сверкая пятками, как тогда, в туннеле.
Несколько секунд тянутся вечностью, и вот из темноты появляются жуткие существа, не поддающиеся описанию. Бегущие на двух ногах, кончающихся тонкими крысиными лапками, голыми и розовыми, такими же руками, твари имеют вполне человеческое тело, или так кажется издалека. Из безволосых голов торчат какие-то отростки, на манер усиков- антенн, а под ногами топорщатся веревки голых хвостов.
