Осторожно вытащив ногу из сапога, медленно снимаю тугую повязку, готовясь к худшему, но искренне желая, чтобы от раны не осталось ни следа, словно бы она рассосалась за ночь, оставив легкое напоминание в виде новой кожи. Как же, чудесные исцеления возможны только в сказках, да в фантастических романах! Повезло, если не занесла инфекцию. Однако стянув до конца повязку, застываю с широко открытым ртом и выпученными от шока глазами, смотря на ногу, как на починку космического шаттла во дворе. На месте укуса ничего нет, ни следа кровоточащей раны. Вместо нее приветливо сияет новая розовеющая кожа, вокруг изогнутого в улыбке шрама, протянувшегося по лодыжке тонкой белой ниткой.
— Я набрела на волшебный камень! — искренне радуюсь я, громко крикнув, неверяще гладя рукой затянувшуюся рану, от которой осталось небольшое напоминание. — Может, ты все болезни излечиваешь? — бодро спрашиваю у черного валуна, начинающего медленно нагреваться на солнце.
Затем память возвращается к переходу через пустыню, тогда на ногах тоже были мозоли, странным образом проходящие на утро. Помню боль, совершенно не похожую на галлюцинацию, и как грубая кожа терлась о вспотевшие ноги, разливая в особенно чувствительных местах жидкий огонь. Такое не придумать и не подделать, сейчас произошло тоже самое— чудо самоисцеления. Вряд ли это очередной подарок Люциона, что-то необъяснимое случилось за эти несколько часов. Я так желала, чтобы все было хорошо, искренне верила и вот…
Только сейчас замечаю, что боли в плече нет. Когда она исчезла, кажется до побега. Так торопилась удрать, что забыла о плече! Быстро скинув куртку, сдергиваю с груди еще одну повязку, осматривая, насколько хватает изгиба шеи. Как и ожидалось, раны нет, даже покраснение исчезло. Интересно, остался ли шрам, жаль не посмотреть на спину.
Всколыхнувшая теплой волной в гуди детская радость не знает границ. Я здорова, полна сил и энергии, ни следа полученных ранений. Поистине, Севар волшебное место! Интересно, а всем ли он помогает так, как мне? Внезапно в голове всплыли слова Лары, и картинка медленно начинает складываться в голове в невероятный фантастический рассказ, который никак не может быть правдой.
— Налана— имя их Богини, исчезнувшей тысячу лет назад, и я пробыла в Лимбе столько же, если верить Лиане и Люциону. Кто-то же держал меня там, повторяя раз за разом правдоподобный сон… Фабрика Душ, Боги, странные видения и непокидающее чувство дежа вю. Да, ладно! Не может быть! — усмехаюсь пришедшей в голову мысли, на удивление логичной. — Я Богиня Севара?
Конечно, в своих книгах писатель царь и Бог для персонажей, играющий с легкостью уличного жонглера их судьбами. Только писатель решает жить герою или умереть, что случится в следующий момент, сколько невзгод выпадет на вымышленного человека. Пару раз я задумывалась над этим во время работы, но никогда не придавала особого значения, набирая текст на клавиатуре, приходя к выводу, что все же от меня ничего не зависит. Ведь никогда не знаю, как повернется та или иная судьба до последнего момента, история сама решает по какому руслу течь, изменяя первоначальные задумки. Возможно, это относится к книгам в каком-то смысле, но в масштабах целого мира…
Хотя, Богиня Севара звучит привлекательно, заманчиво, словно ароматный цветок для пчелы. И, если догадка верна, то на что я способна, кроме мгновенного исцеления? Что вообще делают Боги? Не болтают же целыми днями ногами, свесившись с облаков. Жаль, Люциона нет, он ответил бы на многие вопросы.
Размышления прерывает громкое приближающееся тарахтение, напоминающее кошачье фырканье, усиленное рупором. Вглядевшись в сторону исходящего звука, замечаю стремительно приближающуюся черную точку, похожую на увеличивающегося в размерах жука. Шум древнего как свет мотора разносится далеко впереди подъезжающей машины. Погоня или поисковый отряд, друзья или враги? Жаль, не обладаю телепатией. В любом случае, нужно выяснить.
Спрятавшись за камнем, на котором провела остаток ночи, инстинктивно сжимаю в кармане складной нож, готовясь напасть в случае опасности. Благо валун достаточно большой, скрывает меня полностью от подъезжающей машины- большущего старого пикапа с прицепом, на каком ездят фермеры в американских фильмах, покрытого местами ржавчиной и коростой, с облупившейся по бокам красной краской и немного треснутым лобовым стеклом.
