На что только не пойдет студент Леша, чтобы сдать экзамен! На полу комнаты в общежитии он нарисует пентаграмму, в центр которой положит побывавший в мусорной корзине учебник, посыплет его клочками паутины и постарается вызвать того, кто поможет решить текущие проблемы. Но возникший после этого феномен – «проклятие Красных Штанов» – будет преследовать Алексея Алешина из города Алексин всю дальнейшую жизнь…
– Для любого эпсилон найдется дельта… Какая? А! Для любого эпсилон найдется ТАКАЯ дельта… Да какая же? Ладно, еще раз. Для любого эпсилон найдется дельта… такая… такая, что просто ух-х! – Леша Алешин стукнул себя по лбу увесистым томиком Ильина-Поздняка, подумал секунду и с трех метров забросил учебник прямиком в мусорную корзину.
Сидящий на соседней койке Шурик Семочкин взглянул на него поверх очков и раскрытой Агаты Кристи с молчаливым неодобрением.
Леша зыркнул в ответ на ботаника, который принципиально не берет в руки учебник после шести вечера. Чтобы голова оставалась свежей.
Голова, голова, голова! Леша яростно, обеими руками почесал в затылке.
– Это невозможно запомнить! – посетовал он, обращаясь к потолку.
Семочкин, ничего не говоря, вернулся к чтению. Алешин посмотрел на соседа с ненавистью. Конечно, кто много знает, мало говорит.
За фанерной дверью со сводящей с ума частотой метронома раздавались упругие щелчки.
– Невозможно! – повторил Леша, вскочил с кровати и выбежал в коридор.
Дверь 221-й комнаты, к номеру которой неизвестный остряк приписал английскую «Би», располагалась напротив холла второго этажа. Посреди холла стоял раскладной теннисный стол, на котором, по ощущениям обитателей 221-й, проходил перманентный турнир Вселенной по пинг-понгу.
– А потише нельзя? – громко спросил Леша.
Игроки синхронно повернули головы, смерили Алешина взглядом и хором ответили: «Нет!». Потом тот, что стоял слева, сделал подачу, и мячик весело запрыгал по зеленой фанере.
Алешин прорычал что-то неразборчивое, дернул себя за волосы и подошел к большой квадратной колонне, разделяющей холл на две части. Думал приложиться к бетону лбом, но невольно зачитался надписями на висящей здесь же доске объявлений.
Так, продам утюг… Куплю кипятильник… Ерунда какая-то, шило на мыло! А вот… О! «Срочно требуется «мертвая» душа мужеска пола».
Объявление взволновало Алешина не на шутку. С горящими глазами он вбежал в 221-ю со словами:
– Ручку, ручку, ручку!
Семочкин нахмурился и, не отрываясь от книги, протянул ему гелевую ручку, которую всегда носил в нагрудном кармане.
Хлопнув дверью, Леша снова вылетел в коридор. Он снял с доски объявление в гоголевском стиле, перевернул и снова прикрепил кнопкой, а на чистой стороне написал: «Срочно продам душу дьяволу! Посредников просьба не беспокоить». Потом отступил на шаг, оценивающе посмотрел на творение своих рук и быстро приписал строчкой ниже: «Люди гибнут за матан!» Удовлетворенный, он вернулся в комнату, лег на кровать лицом к двери и стал ждать.
Когда через пять минут по объявлению никто не явился, Алешин понял, что адресовал свое послание не тому лицу. Конечно, у Князя Тьмы есть дела поважнее, чем спасать какого-то студента от пары по матану. Еще через минуту Леша сообразил, что ему нужен демон. Маленький персональный демон, единственной целью которого станет исполнение желаний Алексея Алешина из города Алексин. Кстати, чем не заклинание?
На полке над кроватью, между треугольным вымпелом «Лучшей доярке года» и плакатом с изображением Саманты Фокс лежал набор разноцветных мелков. Алексей, подумав, выбрал белый. Он сдвинул стол к окну и начертил на паркете пентаграмму, в центр которой положил побывавший в корзине учебник.
Для завершения обряда чего-то не хватало, но вот чего именно, Алешин помнил смутно. Жабьего языка? Желудка летучей мыши? Или наоборот? А, какая разница, когда у него нет ни того, ни другого! Леша задумчиво посмотрел на потолок и пришел к выводу, что в крайнем случае сойдут и паучьи лапки. Клочками паутины он, морщась, посыпал обложку учебника, а купленный неделю назад нарезной батон в целлофановом пакете обеспечил Алешина достойной заменой болотным грибам.
Казалось бы, все ингредиенты в сборе, и все-таки смутное чувство, что он что-то забыл, не покидало Алешина. О! Конечно же! Леша хлопнул себя по лбу. Демон, исчадие ада, навряд ли согласится работать за просто так. Будьте уверены, он непременно потребует человеческой крови!
Крови! Алешин мечтательно посмотрел на соседа по комнате. Тот быстро водил взглядом по странице и не подозревал, какая опасность нависла над ним. Нависла, повисела, повисела, и с сожалением прошла стороной. Увы, но Алешин слышал как-то краем уха, что вызывающий демона должен привлечь его исключительно собственной кровью. В одном кино он видел, как главный герой использовал для этой цели отрубленные большие пальцы рук.
Алексей вздохнул: «лучше бы ног», подошел к столу и стряхнул с разделочной доски горстку засохшей вермишели. Он положил на доску правую руку и оттопырил большой палец. Подумал немного, и поменял руку на левую. Мысленно представил, как это будет выглядеть, и поискал взглядом нож.
– А где нож? – спросил он.
– Как где? В двери, – ехидно ответил Семочкин. – Кстати, избавлю-ка я себя от этого душераздирающего зрелища. Если что, я в читалке.
Он захлопнул детектив, сунул под мышку и вышел из комнаты, уже на пороге снисходительно обронив:
