Серия жертвоприношений послужила вдохновением для фильма известного режиссёра Александра Кларка. Но выводя на первый план загадочную фигуру мистера Смерти, Александр не ожидал, что тот окажется реальным человеком, который создаёт преступление как произведение искусства. Эмоциональное, интеллектуально и психологическое противостояние Александра и его героя разворачивается на глазах у простого парня, бывшего снайпера, вернувшегося из Афганистана.
Корзина оставалась пустой. Двадцать минут бессмысленного брожения по «Теско» — и ни одного выбранного товара. Стиснув зубы, Себ повернулся к полке с готовыми завтраками и посмотрел на коробку с улыбающимся мишкой. Мишка махал лапой, в которой держал обсыпанный сахаром бублик. Боковым зрением Себ видел сразу двух его конкурентов — волшебника, который колдовал съедобные звёздочки, и парня в красном плаще, обещавшего «суперзавтрак».
Вообще-то, если говорить откровенно, то Себ видел и других ребят с упаковок, в том числе ушастого зайца в жёлтой футболке. И да, отвратительно оскалившегося бобра на верхней полке — тоже. И всё, что ему нужно было сделать, это принять крохотное решение — какой именно готовый завтрак он заберёт с собой из магазина.
«Простите», — попросила его подвинуться женщина, которая вела за руку пятилетнюю дочь. Женщина без колебаний положила в нагруженную тележку три упаковки «суперзавтраков» от парня в плаще, и Себ поспешно кинул себе в корзину такую же.
С молоком он поступил проще — открыл холодильник, прикинул, где стоят бутылки, закрыл глаза и взял наугад. И понял, что это неплохой подход.
Он впервые зашёл сегодня в супермаркет после возвращения в Лондон. До этого его спасали консервы из магазинчика через три дома, и, наверное, он питался бы ими ещё недели две-три. Но в этот раз он наткнулся на табличку «Закрыто» и понял, что нет смысла откладывать поход за нормальными продуктами. Выдав себе мысленного пинка, чтобы не тормозить, Себ отважно справился с хлебом, яйцами (чёрт, почему их так много? Чем могут отличаться друг от друга куриные яйца?) и сыром. Позорно продув схватку с мясом на развес, быстро сунул в корзину упаковку копчёного бекона — и с громадным облегчением отправился на кассу.
Стоило ему выйти на улицу, как где-то совсем рядом зазвучал бодрый рингтон. Послушав его секунд двадцать, Себ сообразил, что это новый звонок его нового мобильного. Номер, который высветился на экране, был ему незнаком, но Себ снял трубку.
— Себ Майлс? Клаус Джордан, помнишь такого?
— Помню, — отозвался Себ, отходя подальше, чтобы не мешать людям, выходящим из супермаркета, — как дела, Клаус?
— Круто сработано в Бирмингеме, — заметил Клаус. У него был монотонный, совершенно невыразительный голос, так что даже было нельзя угадать, хочет он похвалить или напугать. В любом случае, Себ ответил спокойно:
— Без понятия, о чём ты.
— Брось, все, кому надо, в курсе, что это твой выстрел. Не найдёшь время на встречу со старым приятелем?
Приятелями они не были. Собственно, они и виделись всего два раза, оба — в Афганистане, но с разницей в два года. Клаус служил в SAS и неплохо играл в футбол — вот и всё, что Себ мог вспомнить о нём сходу.
— Посидим за стаканом пива, вспомним старые добрые… Ха, — то есть, Клаус действительно сказал «ха», отдельно, внятно, без намёка на улыбку в голосе. — Расскажешь, как тебе удалось снять этого придурка в Бирмингеме.
— Я не был в Бирмингеме, — отозвался Себ, — но если хочешь, тебе могу рассказать про одного серба в Секторе Газы.
Но конечно, серб Клауса не интересовал. Они встретились в забитой народом корейской забегаловке вечером этого же дня. Клаус, пытавшийся быть незаметным, сидя в углу за стойкой у окна,выделялся на общем фоне как дешёвая мишень для новичков. Крупный, с бритой головой и квадратной челюстью: совершенно не изменился. Даже одежда на нём была хоть и не форменная, но военного покроя.
Пробив себе дорогу, Себ опустился рядом с ним на свободный стул, ответил на мощное рукопожатие и подумал, что уже хочет свалить. Не тянуло его на такие беседы.
— Так что, пиво? Лапша? — спросил Клаус. Себ покачал головой. Он был не настолько голоден. И не хотел отвлекаться на еду, потому что был уверен — зачем бы Клаус ему ни позвонил, это точно не встреча армейских друзей.
— Как знаешь, — перед ним самим стояли две пустых коробки от местной еды. — Так что, ты не был в Бирмингеме, не получал тридцать тысяч от Райана и не совершал этот охеренный выстрел с полутора километров?
— Точно нет, — покачал головой Себ.
— Тогда я не хочу предложить тебе постоянный контракт, — сказал Клаус. — Совершенно не собираюсь предлагать контракт на тридцать тысяч в месяц плюс расходы и официальное трудоустройство в чистенькой корпорации.
Себ повернулся и посмотрел на него. Клаус не выглядел как человек, который шутит. Собственно, даже минимального знакомства с ним было достаточно, чтобы сказать: Клаус не умеет шутить.
В груди проползло что-то скользкое, как эта полуразваренная лапша, которой тут всё пропахло. Себ нахмурился и незаметно сглотнул, проталкивая эту невидимую лапшу поглубже. Он не думал, что вернётся к этой теме. Тот выстрел в Бирмингеме был хорош, спору нет, и денег за него он получил больше, чем заработал за полгода, поджариваясь где-то у чёрта на куличках под южным солнцем и рискуя сдохнуть в любой момент.
Но Себ не собирался повторять что-то в этом духе. Несмотря на все разумные аргументы, где-то в глубине души он считал, что зря вообще согласился на эту работу.