Жизнь в коммуналке — дело обычное, и люди, живущие в них, были некоей маленькой семьёй, в которой почти всегда готовы помочь решить мелкие проблемы. Так было и с Егором, он уже давно привык к тому, что его постоянно опекали, как сироту. У них никогда не было ссор или делёжки жилплощади, расписания и прочей ерунды. Всё шло ровно и без эксцессов. Никто никому не пил кровь и не изживал. Все были равными. Это, наверное, был единичный случай в истории всех коммуналок.
Дмитрия, жениха Егора, отчего-то, сразу все невзлюбили: ни старый омега пенсионер, у которого дети и внуки давно разъехались, ни альфа среднего возраста — военный капитан, даже маленькой молодой бездетной паре он не шибко пришёлся по душе. Поэтому, когда Егор вернулся, утирая слезы и наматывая сопли на кулак, его все принялись утешать и успокаивать в один голос, уверяя, что он ещё найдёт себе достойного. Смирнову сейчас не хотелось обсуждать свои проблемы и рассказывать подробности расставания, молча встав из-за кухонного стола, он побрёл в свою комнату. Остальные только сочувствующе покачали головами.
Егор не сказать, что безумно любил Дмитрия, но чувства определённого характера были, не зря же он на многое закрывал глаза. Смирнов понимал, что ничего идеального не бывает и жизнь его этому научила. Родителей он не помнил, зато хорошо помнил жизнь в детдоме, такое существование из любого выбьет мечту о розовых слониках. Ну вот после всего и не верил он в любовь! А вот в крепкие здоровые отношения, построенные на взаимном уважении и не обременённости друг другом — пожалуйста. Егор всеми силами старался создать уют, но что-то пошло не так. Смирнова самого никогда не интересовала внешность, статус или деньги, ведь самое нужное качество в человеке — не накачанный торс или орехом попа, а забота и, по его мнению, так должны были думать и альфы. Вот твой муж крутится по кухне, моет, чистит, режет, жарит, готовит для тебя. И ты смотришь на него и понимаешь: «Хочу!» и сразу же все глупые мысли проходят, типа об истинности, любви и прочей чуши. Именно о таком счастье мечтал Егор для себя и старался соответствовать этим требованиям. Не все завязано на любви, есть ещё чувства дружеские, влечение, симпатия, совместимость друг с другом по другим личным качествам и критериям, да вообще, у вас может быть просто одна общая цель, и вы пойдёте по пути вместе, сообща, держась за руку. Ну не долюбили Егора в детстве, оттуда и мысли такие! Возможно, Дмитрий думал, что Егор его любит, возможно, это было и так, но это точно не было «большой и всепоглощающей», это было совершенно другое чувство…
Дмитрий не оправдал надежд. Предательство Егор точно простить не мог, он до сих пор втайне надеется, что всё это пьяная шутка Свиридова. Перебесится, и сам придёт просить прощения, признает свой розыгрыш идиотским и неуместным, тогда Смирнов немного поломается, но вернётся и у них всё будет по-старому. Со временем они обязательно рассчитаются со всеми долгами, Дмитрий перестанет пить, а на незначительные мелочи, как поздние визиты домой, можно, как и прежде, закрывать глаза, ведь главное — не любовь, а постоянство и стабильность.
Глупыми покажутся некоторым мысли Егора, но в то время он свято верил в то, что сам нагородил в своей голове.
Тёмную комнату изредка освещали фары проезжающих машин. Слышно было как капитан всхрапнул в соседней комнате, а влюблённые мужья начали что-то ворковать, а потом заскрипела кровать. Тонкие стены позволяли быть в курсе многого происходящего. Егор прозаично фыркнул, выключил торшер и повернулся на другой бок, закрывая глаза. Проблемы проблемами, а завтра нужно искать работу, ведь жить на что-то надо.
***
Три дня Егор отирал пороги биржи труда, но брать молодого повара без опыта работы, никто не хотел. Денег оставалось впритык, помогали в основном соседи, да выручка от подработок по набору текста курсовых для студентов на стареньком ноутбуке. Возвращаясь вечером четвёртого дня домой, Смирнов не был сильно удивлен, увидев на лавочке у подъезда Дмитрия, всё, как он и ожидал. Тот, приметив Егора, встал, опустил голову и, молча, протянул букет садовых ромашек. Омега ухмыльнулся, но принял. Для себя он уже всё решил — он вернётся, но как прежде уже ничего не будет.
— Прости, — смущённо потоптался альфа, убрав руки за спину. — Я был пьян, и ты же понимаешь, что всё было неудачной шуткой? — карие глаза Свиридова посмотрели в голубые.
— Гони его в шею! — послышался голос курившего капитана с общего балкона второго этажа.
Егор искренне рассмеялся:
— Пошли уж, клоун, — беззлобно произнёс он и, схватив альфу за рукав, потащил за собой.
На кухне они пили чай и изредка переглядывались. Иногда заскакивал кто-то из жителей, но видя альфу, морщили нос и сразу же выходили прочь. Егор не обращал на всё это внимание — всем не угодишь и мил не будешь.
— Возвращайся ко мне, — нарушил первым молчание Свиридов.
— Нет, — улыбнувшись, ответил Егор, прихлебнув из кружки.
— Почему?
