— Держись крепче за стул, сейчас будет самое интересное: Лиза сама выложила его в Сеть. Да, это не шутка. Об этом же говорится и в ее переписке по электронной почте. Когда и после этой игры в проститутку Том не захотел вернуться к ней, тогда она в приступе отчаяния выложила видео в Сеть и пригрозила Тому, что заложит и его. Но ее угрозы не тронули эту сволочь, ведь его лица не было видно на пленке. Когда стали поступать злые комментарии, Лиза изменила стратегию и попыталась шантажировать это собачье отродье своим самоубийством. Перед тем как отправиться в круиз, она послала Тому последнее электронное сообщение, в котором грозилась броситься за борт, если он не вернется к ней. Очевидно, этот Шиви испугался. Среди исходящих писем его электронной почты нашлось сообщение, вместе с которым он переслал видео Юлии, вероятно, чтобы предупредить ее. Видимо, он не хотел быть виновным в ее смерти. Но от этого вся история не стала выглядеть лучше, если ты хочешь знать мое мнение. — Дизель понизил голос, словно находился не один в своем кабинете, и сказал заговорщицким тоном: — Если у тебя есть на примете человек, для кого не проблема ухватиться за мужские гениталии, может быть, послать его к Шиви домой с мощным электрогайковертом. Это я так просто, в качестве предложения.
Мартин наблюдал за тем, как Елена передвинула его смартфон поближе к себе.
— Вы уверены на сто процентов? — спросила она.
— А это еще кто там у тебя? — удивился Дизель. — Звучит как дракон, у которого начал ломаться голос.
— Я Елена Бек, лечащий врач Анук Ламар. — Елена старалась говорить как можно четче. — Послушайте, очень важно, чтобы вы ответили на мой вопрос: насколько надежна информация, касающаяся школьного наставника Лизы?
— Так же надежна, как если бы вы одновременно приняли противозачаточные пилюли и воспользовались презервативом, мое сокровище.
Докторша вскочила со своего стула. Всю усталость с нее словно ветром сдуло.
— Нам надо идти, — быстро сказала она и махнула рукой.
Мартин тоже встал из-за стола.
— Куда?
— К Юлии Штиллер. Мы должны найти ее.
Он покачал головой:
— Зачем? Чтобы сказать ей, что Лиза не только мертва, но и перед этим была изнасилована ее школьным наставником?
Елена посмотрела на него, словно он плохо соображал:
— Раскиньте мозгами, Мартин. Дочь была изнасилована, прежде чем она исчезла. О чем это вам напоминает?
И о том, что она всегда расправлялась с матерями.
Неужели Шахла успела еще при жизни устроить ей смертельную ловушку, которая в этот момент захлопнулась?
Мартин отключил Дизеля, даже не попрощавшись с ним. Устремившись вслед за Еленой, он еще раз попытался дозвониться до Бонхёффера.
Лиза вспотела.
Из открытой балконной двери веял свежий бриз, однако ее дочь выглядела так, словно стояла в свете софитов. Ее тело реагировало на пламя безумия, которое бушевало у нее в душе. Пот стекал тонкой струйкой по ее щеке и собирался у ворота ее футболки с короткими рукавами.
— Я пыталась вернуть Тома, — объяснила она своей матери. — Я ему звонила по телефону, посылала сообщения по электронной почте, бомбардировала его письмами через «Фейсбук» и «Вотс Ап». Я даже ходила к нему на прием, когда он изо дня в день отказывался встретиться со мной. Еще один раз мне все-таки удалось затащить его в постель.
Мечтательная улыбка, появившаяся на лице Лизы, потрясла Юлию так же сильно, как и смысл сказанного.
— Ты говоришь о том времени, когда у меня…
Улыбка на лице ее дочери сменилась каменным выражением лица.
— Но для Тома это уже не имело никакого значения. Он сказал, что хотя со мной секс и был лучше, но он может представить себе близкие отношения только с тобой.
Юлия на секунду прикрыла глаза.
Она не смогла бы с уверенностью сказать, сколько ударов судьбы сможет еще вынести. Юлия растерянно посмотрела на руку дочери, крепко сжимавшую отвертку, заметила на серебристом металле отражение лучей низко висевшего над водой, медленно заходившего солнца и тихим голосом ласково спросила Лизу:
— Что ты собираешься делать, милая?
— Вернуть себе Тома.
Лиза буквально выплевывала эти слова под ноги своей матери.
Именно в этот момент у Юлии возникли сомнения в том, с кем она только что говорила.
Стоявшая перед ней девушка с затравленным взглядом и подергивающимися уголками рта уже не была ее дочерью. В подлинном смысле этого слова Лиза была
Однажды Юлия где-то читала, что любовные муки наряду с печалью могут нанести тяжелейшие душевные раны. Очевидно, и такие, которые не излечиваются сами собой.
— Лиза, если кто и виноват в твоем горе, так это Том. Он никогда бы…
— Бла-бла-бла… Не пори чушь. Теперь ты хочешь все свалить на него одного, да?
