Дважды рожденный полностью

Тем временем, я вернулся в тело, чтобы поехать к своим друзьям и предстать уже перед своими будущими друзьями не бесплотным духом, а лично. Я приехал к нужному дому ближе к вечеру, зашел в многоквартирный дом, хотя квартирами сложно было назвать крохотные комнатушки. Поднялся на второй этаж и от одной из дверей ощутил самую знакомую энергию. Дверная ручка искрила светло серым оттенком энергии Луизы и Кристофера. Я подошел и аккуратно постучал. Сначала мне открывать не особо хотели. Благодаря своему острому слуху, развитому контролем тела, я знал, что они были дома. Пришлось постучать снова. Послышались более отчетливые шаги.

— Кто там? — услышал я женский голос.

— Друг. — улыбнулся я и выпустил немного энергии

Она открыла дверь и неверяще уставилась на меня…

А затем, дверь перед моим носом захлопнулась. Не той реакции я тогда ожидал. За дверью послышались шепотки:

— Крис! — заговорила Луиза. — Крис, черт побери!

— Да что?

— Это он! Это он! — шептала так громко она, что её могли услышать даже соседи.

— Кто он?

— ОН! — кажется, она тыкала пальцем за дверь.

— А поточнее?

— Дурья ты голова! Спаситель наш! — начинала она злиться на своего брата

— Как? — не верил Кристофер в происходящее.

— Ребят, — пришлось мне встрять в их разговор. — я вам не мешаю? — дверь снова распахнулась. — Здравствуйте. Я Авенир Гатри, прошу прощения за задержку.

Они стояли и смотрели на меня, не решаясь заговорить, пока я снова не прервал тишину:

— Я войду?

— Ааа… да, проходите. — сказала Луиза.

Их жилье поражало своим минимализмом. У них не было ничего. Старая квартира-студия. Две прогнившие кровати, с такими же прогнившими матрасами. Тяжелый сколоченный с плохо обработанных досок стол и тремя табуретками около него. На столе керосиновая лампа.

— Присаживайтесь. — выдвинул табурет Кристофер.

— Мы извиняемся, — как-то неуверенно проблеяла Луиза. — но нам нечем угостить вас.

Абсолютно всё кричало об их бедности! Я уверен, что им даже жить скоро будет негде.

— Вы наверно ждете от меня объяснений, что произошло год назад, верно? — они дружно кивнули. — И вы их получите, но сначала, я должен узнать вас получше и убедиться в том, что вы достойные люди.

— Вы заявляетесь в наш дом, сэр, и чего-то требуете. Мы вас не знаем и ничем не обязаны. — начал возмущаться Крис. Его останавливало от более резких порывов то, что я был очень хорошо одет и возможно, они догадались, что на улице стоит моя машина, а позволить себе автомобиль могли далеко не многие.

— Разве не обязаны? Очень даже обязаны. — улыбался я, нагнетая энергией пространство вокруг. От таких чувствительных людей как они, это не укрылось. — Ну, так что, будем и дальше молчать?

— Мы… — начал было Крис.

— Мы все расскажем. Да, брат? — посмотрела она на него строго.

— Хмм, да. — скрипя зубами, согласился он.

— Что вас интересует, мистер Гатри? — спросила Луиза.

— Можно просто Авенир. — махнул я рукой. — Ну, во-первых, как вас угораздило жить в такой бедности? Чем вы зарабатываете? Какие есть таланты?

— А что тут рассказывать. — буркнул Кристофер. — Все как у всех. Война, эпидемия, банды.

— Господи, Крис, ты неисправим. — его сестра стыдилась сейчас своего братца. — Не обращайте внимания на него. Он очень скептичный человек, хотя и не мог отойти долго от произошедшего в прошлом году. Ему не хватает веры, и все странности во сне, списывает на бурную фантазию.

— В чем-то он прав, своим скепсисом он уравновешивает вашу парочку. — мои слова заставили их немного задуматься. — Ну, а теперь попрошу вашей истории.

— Детство у нас было прекрасное, до войны. Родители держали пекарню. Они идеально дополняли друг друга. Их выпечку любил весь город и порой даже приезжали обеспеченные люди с Лондона, заказывали праздничные торты. Ох, они так любили друг друга. — последние слова она сказала с дрожью в голосе и начала утирать рукой побежавшие из глаз слезы.

— В общем, — Крис приобнял сестру. — до четырнадцатого года, мы жили хорошо, пока отца не забрали на войну. Он, до того, как встретил нашу маму, был офицером британской армии, а потому, отправился воевать. Не смотря на огромное количество трудностей, мы его ждали и надеялись. Когда война подошла к концу, пекарня была практически разорена несмотря на то, что мы с сестрой, помогали маме и работали каждый за двоих взрослых, не стесняясь подрабатывать. — в словах про подработку, я слышал странные нотки и судя по тому, как он потупил глаза, ему было стыдно.

— Чем же ты занимался? — спросил я. — Учти, мне нужен честный ответ.

— А чем еще мог заниматься мелкий и ловкий мальчишка? — изобразил он кривую нервную ухмылку. — Обчищал карманы людей на улице.

— Я не сужу тебя, ты делал то, что нужно в вашей ситуации. — успокоил его я.

Он кивнул и продолжил рассказ: