— отупляющая, отнимающая силу и волю.
— Это мало похоже на рассказы учителя о бла женстве среди дваждырожденных, — с трудом раз лепляя пересохшие губы, сказал Митра, хоть бы война скорее началась, а то примем бесславный ко нец, достойный самого последнего крестьянина.
— Считай себя совершающим аскетический под виг меж трех костров. Впитывай огненную силу…
— Сам впитывай, — не принял шутки Митра.
—Перейду через милую сердцу реку Иравати, Окажусь в стране пяти рек. Там пышнотелая дева с глазами, удлиненными пламенно-алым мышьяком, в тонкой шерстяной накидке, ждет меня из странствий.
— Да, мы про ваших женщин много слышали, — с усмешкой сказал молодой панчалиец, рабо тающий на валу неподалеку от нас, — говорят, что в дни праздников они отдаются кому пожелают и едят мясо коровы с чесноком, пьют хмельные на питки. В плотской любви — необузданны и лю бят говорить о чувственных утехах.
— Брат мой, я слышал, что вы — единствен ный юноша во всей Кампилье, который по доброй воле пришел к нам в лагерь работать и постигать искусство владения брахмой. Поймите, что всюду есть брахманы и кшатрии, так же как и рабы. Всю ду есть те, кто привержен долгу, и те, кто продает своих родных. Даже в ваших благословенных кра ях между Гангой и Ямуной есть те, кто, не обуздав страстей, горазд подмечать чужие недостатки.
— Не дайте страстям замутить ваш разум, — назидательно сказал я Джанаки, — вспомните, что этот юный панчалиец единственный из всего древ него племени пришел к нам!
