— Запалите костер! Видно, что-то в моем голосе заставило их стремительно повиноваться. Они бросились собирать валежник и сыпать искры, ударяя двумя камнями, хранившимися в их шкурах, друг о друга. Когда над черной грудой ветвей взметнулся алый гребень дракона, я сел, скрестив ноги, у самого огня, так близко, как только мог, стараясь не замечать обжигающее дыхание на лбу и ресницах. Алая ткань пламени занавесила от меня черные стволы деревьев, лица моих спутников, взиравших на меня с суеверным ужасом. Я смотрел в глаза дракона. Из них прямо в мое сердце лилась огненная сила, превращаясь на алтаре брахмы в тонкий, послушный воле, луч, способный прорезать пространство и время. Такое было под силу патриархам. Где-то в темном уголке сознания шевельнулось горькое сожаление, что карма так рано прервала срок моего ученичества. Смогу ли я? Усилием воли я подавил все сторонние мысли, сосредоточившись на одном зове, рвущемся из моего сердца—«Опасность! Лата! Опасность!!!»
