Татьяна Ивановна Брыскина
Две Анастасии
Осиный мед
«Ветер только и свистнет – зайди…»
Ветер только и свистнет – зайди!Так сверни же к просёлку, дорога,Я увидеть хочу, как дождиНамывают гостей у порога.Не чужая под кровом родным,Я поглажу сударыню-печку…За семь вёрст мне почудился дым,И тоска подкатила к сердечку.Вязнет в хляби осенней сельцо,Что ни ставенка – взгляд исподлобья…Как смиренно осело крыльцо!Как затоптана горенка вдовья!Смирный дом, дорогая изба,Неужели средь горницы этойПоселилась чужая судьба,Чтобы стыть у печи несогретой?Табуретку придвину к столу,Облуплю на клеёнке картошку…Кто я нынче родному селу?С чем пришла к дорогому порожку?Кроме слёз, чем ещё пособлюБезысходности этой горючей?Не посмею сказать, что люблю,Коли встреча – нечаянный случай.На прощанье – платок с головы,Вот и всё, чем могу отдариться…– Как вы трудно живёте!– А вы?!– Все под Господом… – как говорится.«По февралям судьбы моей…»
По февралям судьбы моейТянуло холодом с полей,Бирючьим веяло оврагом,Позёмкой зла, метелью бедПереметало Божий свет,Чтоб спотыкалась шаг за шагом.По февралям моей судьбыСкитался дух родной избы,Фуганок пел, шуршали стружки…Отец над струганой доскойМолчал, застигнутый тоской,Пуская дыма завитушки.И всё как сон! В печном куткеУкроп сушился в узелке,Дерюга, валенки, фуфайка…А я – ни силы, ни ума! —Ещё не знала, что зимаНавек судьбы моей хозяйка.Не поминая всуе мать,Я всё ж училась пониматьОсобый смысл того, что былоИ будет до скончанья днейВ несообразности моей…Февраль, февраль, я всё простила!Другим и улица тесна,А мне и валенки – весна…Песня вечной дороги
В синей дымке одна бесконечность – дорога,И по ней, по родимой, по нейОт порога до луга, с холма до отрога,Через лес, через поле – крута иль отлога,Жизнь летит, не меняя коней.С путеводной звездой путеводная птицаДелят небо судьбы над тобой,Синей дымкой меж ними размыта граница,И нельзя на чужую дорогу польститься,И нельзя возвратиться домой.Что ни столб верстовой, что ни куст приовражный —Сбочь дороги навстречу летятПирамидки да крестики в ризах бумажных,Осенённые светом ромашек отважных,Чистотой утоляющих взгляд.Лишь они, бескорыстные, с первого лугаДо последнего лога верныИ дороге твоей, что лучится упруго,И траве, и могилке безвестного другаНа просторе земной тишины.И твоя в синей дымке судьба оборвётся,Назовётся дорога стезёй…Ангел воду крылом зачерпнёт из колодцаИ чело окропит, и душа улыбнётся,Умываясь небесной слезой.Две Анастасии