В тишине и темноте подвала снова послышались ее крадущиеся шаги.
— Ку-ку! — выкрикнула Надежда, выглянув из-за угла, и тут же отбежала в сторону по коридору И вдруг она наткнулась на человека.
Надежда вскрикнула, но сильная мужская рука заткнула ей рот, а другая обхватила вокруг туловища, прижав руки к бокам.
И тут же над ухом Надежды прозвучал голос Вадима:
— Розочка, дорогая, давай, обсудим положение! Тебе не кажется, что твой план провалился? Может быть, мы снова станем союзниками? Пока еще не поздно! По-моему, худой мир лучше, чем добрая война!
Вместо ответа прогремел новый выстрел.
— Между прочим, я поймал ту чокнутую, которая за нами следила. Так что сейчас ты можешь стрелять сколько угодно, я прикрываюсь ею, как щитом. Ну так что — поговорим?
Надежда поняла, что Вадим действительно использует ее, как живой щит, и пришла в ужас. Это свежее чувство придало ей сил, она извернулась и укусила альбиноса за руку.
Он громко выругался и на мгновение ослабил хватку. Этого хватило — Надежда крутанулась, как угорь, и вырвалась на свободу.
На прощание она пнула Вадима каблуком, попав, по-видимому, по коленке — во всяком случае, так можно было судить по его злобному воплю.
— Ну что. Розочка, — снова заговорил Вадим фальшивым голосом, — может быть, возобновим мирные переговоры?
— Ага, — донесся из темноты голос Люськиной племянницы. — Иди сюда, обсудим условия примирения!
— Только сначала брось пистолет, — отозвался альбинос, — а то ведь я тебя знаю, застрелишь и не моргнешь!
Надежда нащупала у себя под блузкой драгоценные документы. Они были целы, и это вдохнуло в нее новые силы. Осторожно пройдя еще несколько шагов по коридору, нащупала уходящий вбок туннель, спряталась за поворотом и крикнула:
— Эй, компаньоны, рано вы делите дивиденды! Бумаги-то, которые прибыли из Лесогорска, у меня! Так что придется вам принять меня в долю!
— Ты что — упустил ее? — донесся из темноты злобный голос Розы.
— Она меня укусила! — отозвался Вадим.
— И документы посеял?
— Позволь напомнить тебе, дорогая, что этого не случилось бы, если бы не твой эффектный выход с пистолетом! Так что последнюю претензию я не принимаю.
— Ну так что, — напомнила Надежда сообщникам о своем существовании, — мы будем обсуждать распределение доходов?
— Надо ее поймать! — крикнула Роза. — Иди на голос, я тебе помогу!
Мысль, что Люськино наследство придется делить не на двоих, а на троих, показалась компаньонам такой ужасной, что они снова объединились перед лицом неожиданного противника. Вадим не стал спорить с сообщницей и бросился вслед за Надеждой. Однако он, как и следовало ожидать, пробежал в темноте мимо поворота, за которым она пряталась, и удалился в темноту. Скоро вслед за ним прошелестели женские шаги — Роза спешила на помощь компаньону.
Надежда выбралась в коридор. Темнота уже не казалась ей такой непроницаемой — то ли глаза понемногу привыкли, то ли откуда-то в подвал все же проникал едва заметный свет. Взглянув вслед преступным компаньонам, Надежда поняла, что в той стороне, куда они убежали, действительно что-то слабо светится. Она крадучись двинулась в направлении этого свечения.
Прижимаясь к стене и стараясь не производить никакого шума, она прошла изрядный кусок коридора и наконец увидела впереди смутно вырисовывающиеся силуэты Розы и Вадима. Сообщники крались вперед, приближаясь к повороту коридора, из-за которого и выбивалось слабое свечение. Надежда замерла, наблюдая за происходящим.
Вадим, видимо, вспомнив о том, что он мужчина, первым скользнул за поворот. Оттуда донесся какой-то глухой удар, и снова все стихло.
— Ну что там? — негромко окликнула Роза своего сообщника. Из-за угла послышалось какое-то невнятное бормотание. Роза подняла пистолет и шагнула вслед за альбиносом.
Снова раздался глухой удар и наступила тишина.
Надежда знала, что любопытство — это ее главный порок. В глубине души она считала его своим единственным пороком (хотя у ее мужа Сан Саныча было на этот счет другое мнение), но справиться с ним она не могла. Ей ужасно интересно было узнать, что происходит за углом и почему больше не слышны голоса Розы и Вадима. Она крадучись подобралась к повороту коридора, пригнулась и сделала следующий шаг…
Не успели ее глаза привыкнуть к свету, как над головой Надежды взметнулась толстая дубинка.
— Стой! — успела вскрикнуть она в последний момент. — Это же я!
— Ой, правда, это же Надька! — раздался до боли знакомый голос, и Алка Тимофеева опустила свое грозное оружие.
— А я-то думаю — кого еще черт несет! Вроде этим гадам я уже организовала торжественную встречу, — проговорила она, окинув гордым взглядом тела Розы и Вадима, лежащие на полу у ее ног.
— Чем это ты их? — спросила Надежда, с живейшим интересом оглядев тяжелую дубинку странной формы, которую все еще сжимала в руке Алка.
— Экспонатом здешнего музея, — ответила ее подруга и прочла приклеенную к дубинке этикетку:
«Большая берцовая кость реликтового гоминида».
— Кого? — удивленно переспросила Надежда.
— Снежного человека, — ответила Алка, вспомнив свои не слишком богатые знания по биологии.
