— Алка! — предостерегающе крикнула Надежда. — Только никаких горошин, ни красных, ни белых.
— Да знаю, знаю, — сказала Алка, появляясь на пороге в крепдешиновом платье в крупных пунцовых розах.
Надежда потеряла дар речи.
— Алка, да ты соображаешь, что делаешь? Ведь мы же идем выслеживать этих твоих, которые тебя на дачу возили, а ты в таком виде. Ты посмотри на эти розы, ты же в этом платье, как клумба в ботаническом саду!
— Ну, Надежда, вечно ты все критикуешь! Что же мне теперь — маскировочный халат надевать? В горошек платье — не позволяешь, розы тоже тебя не устраивают, костюм этот синий мне и в школе надоел, а в юбке с блузкой я толстая.
— Лопать надо меньше!
— Это верно, но сейчас-то что надеть?
Слушай, — у меня не модный магазин, выбирать особенно не из чего.
Надежда наскоро произвела ревизию Алкиного гардероба, выбирать, действительно, было не из чего.
— Ладно, в этом синем костюме ты на дачу приезжала, горошки всем примелькались, езжай в розах. Пока они будут розы пересчитывать, лица не заметят.
Они вышли из метро и огляделись.
— Какая у твоего приятеля машина?
— Самая старая. Да вон, видишь, он нам машет?
Увидев Алку, Валя остолбенел. Он вытаращил глаза, громко сглотнул и с упреком обратился к Надежде:
— Надя, да как же ты такую очаровательную приятельницу от меня умудрилась так долго скрывать? Не ожидал, не ожидал.
Надежда низко наклонила голову, чтобы Алка не видела, как она улыбается. Уж кто-кто Алка, только не очаровательная.
Впрочем, Валька всегда предпочитал упитанных ярких женщин. Да, с этими розами яркости у Алки хватает.
Валя усадил Надежду на заднее сиденье, а Алку рядом с собой. У них завязалась оживленная беседа, Валя говорил комплименты, Алка хохотала и кокетничала вовсю.
Надежда тихонько посмеивалась сзади. Наконец ей это надоело, и она подала голос:
— Мы не проедем?
Валька нехотя к ней повернулся:
— А с тобой, Надежда, я теперь вообще не разговариваю. Друзья-друзья, а как с интересной женщиной познакомить, так Валя, видите ли, не подходит.
— Ты на дорогу-то не забывай смотреть, у тебя на затылке глаз нету, нам ведь еще Алкиного мужа надо найти.
Валя понял намек и расстроился.
— Ну вот, приехали, улица Типанова, дом десять, что делать будем?
— Вот что, ребята, — сказала Надежда, — вы тут посидите, а я пойду на разведку. Только смейтесь потише, а то весь двор услышит.
Алка надела темные очки и пересела на заднее сиденье. Надежда прогулялась вокруг дома, вошла во двор, поднялась на нужный этаж. Дверь выглядела обычной, и вокруг тоже были обычные квартиры.
— Никакой это не офис, а жилая квартира, — сказала Надежда, вернувшись, — то ли они в ней живут, то ли просто телефон для связи. Алка, сиди сзади, не высовывайся, а по сторонам посматривай.
Так они прождали час, Валя с Алкой болтали, а Надежда откровенно скучала.
Подъехала машина, из парадной вышла женщина и направилась к ней.
— Алка, смотри, не она?
— Она! — Алка прямо подпрыгнула на сиденье, Надежда еле успела пригнуть ее вниз. — Она, Елена! И машина их, Игорь Петрович меня на ней возил!
За рулем сидел молодой парень. Машина резко тронулась с места, Валя — за ней.
— Ничего, девочки, не волнуйтесь, в городе они от нас не уйдут, тут перекрестков много.
Они ехали, по пути останавливаясь у кое-каких магазинов. Потом выехали на Кировский, ныне Каменноостровский, проспект, машина завернула и остановилась у консульства республики Эстония.
Валя вышел из машины, велев дамам сидеть тихо и пошел к небольшому желтому домику с аккуратно вымощенным, огороженным решеткой двориком. За решетку его не пустил охранник в форме, Валя покрутился еще немного, почитал объявления и вернулся.
— Надо думать, за визой она приехала, там написано, что с шестнадцати до восемнадцати выдача виз. А прием документов с утра.
— В Эстонию, значит, собралась, — задумалась Надежда.
Дама, которую Алка условно называла Еленой, вышла из консульства, убирая в сумочку паспорт.
— Похоже, ты прав, Валентин. Теперь куда же?
— За ней! — решительно воскликнула Алка.
После консульства синий «опель» поехал прямо на Варшавский вокзал. Надежда выскочила вслед за Еленой и успела заметить, как та покупает билет до Таллина на сегодняшний вечер… Все ясно — она едет в Эстонию. Надежда поскорее побежала к Валиной машине, чтобы не мозолить глаза.
На этот раз ехали недалеко. «Опель» остановился у «Грильмастера», вернее, чуть в стороне. Оба седока вышли и направились внутрь.
Валя с Надеждой тоже решили выпить кофе, но Алку ни в коем случае нельзя было показывать этой Елене.
— А почему нельзя? А если сейчас подойти, поздороваться как ни в чем не бывало, что она скажет?
— Она тебе не признается, скажет, что первый раз тебя видит.
Валя оживился:
— Постойте-ка, девочки, сейчас придумаем. Надя, ты иди внутрь, принеси нам с Аллой кофе и гамбургеры. А вам, Аллочка, придется кофе там, на лавочке, выпить. Надежда, сядешь у окна, мне махнешь, когда они выходить будут.
Надежда с Алкой с удовольствием подчинились твердым мужским приказам…
— Вот это мужик! — шепнула Алка в полном восхищении.
