Вопросы и ответы

Как вы себе представляете абсолютное счастье?

Лежать на берегу Женевского озера с бокалом белого вина в руке.

Чего вы больше всего боитесь?

Что не смогу больше писать.

Назовите что-то одно, что улучшит качество вашей жизни.

Секретарь.

Какой самый важный урок преподала вам жизнь?

Использовать возможности, которые она вам дарит.

Кто из писателей оказал на вас самое сильное влияние?

Грэм Грин, своей способностью описывать персонажи несколькими простыми словами.

Что бы вы взяли с собой на необитаемый остров?

Новый национальный биографический словарь.

Куда вы идете за вдохновением?

В архив.

Какую книгу вы хотели бы написать?

«Тайное знание Дэвида Хокни». Я хотел бы быть историком искусства с грандиозной теорией, влияющей на то, как мы воспринимаем европейскую живопись.

Над чем вы теперь работаете?

Над книгой о Томасе Море и его семье — глазами его дочери Маргарет.

<p>О работе над этой книгой</p>

Работа над «Англией Тюдоров» заставила меня задуматься над политикой Елизаветы глубже, чем когда-либо прежде. Я был заворожен внутренними противоречиями религиозного соглашения 1559 г., неявными связями между Тайным советом и кругом приближенных Сесила в парламенте, обращенной внутрь политикой 1590 гг., а главное, рабочими отношениями между Елизаветой и Сесилом.

Затем Патрик Коллинсон, ведущий специалист по елизаветинским временам, избранный преемником Элтона в должности профессора королевской кафедры в Кембридже, опубликовал свое историческое эссе о «монархическом республиканстве» Елизаветы. Он пришел к выводам, которые полностью совпадали с моими. Я понимал, что наткнулся на нечто «горячее». Но на что именно? И где находятся документы, связанные с политикой Елизаветы, особенно те, которые касаются Британских островов? Совершенно очевидно, что не в State Papers Domestic, где можно найти только административные документы, а также несколько самых неинтересных записок Сесила.

К тому времени я уже понял, что Сесил был одержим Шотландией и Марией Стюарт — для него она была не просто «угрозой», появлявшейся каждые три или четыре года, а настоящей навязчивой идеей. На протяжении тридцати лет Сесил каждое утро просыпался с неприятной мыслью, что «SQ» — королева Шотландии, как он обезличенно ее называл, — все еще жива. Документы свидетельствуют, что «Мария» и «Шотландия» должны были в значительной степени определять политику Елизаветы.

Мое мнение о Сесиле определила его докладная записка, написанная накануне созыва парламента в 1572 г. Мария тогда была в плену в Англии — ее держали под домашним арестом в Шеффилде. Сесил хотел, чтобы она была приговорена к смерти парламентом и казнена за предполагаемое участие в заговоре Ридольфи. В докладной записке Сесил укоряет Елизавету, свою королеву, за ее «сомнительное обращение с королевой Шотландии». Его анализ — решительная атака на все неверные, по его мнению, действия Елизаветы с тех пор, как она взошла на престол, а таковых было много, и все были связаны с его мнением о Марии.

Главной ошибкой был отказ выйти замуж. Результатом стали опасности, как дома, так и за границей, что вызвало «неловкость» и растерянность среди ее подданных и слуг. Было бы гораздо лучше, если бы Елизавета последовала примеру Марии, вышла замуж и принесла стране наследника мужского пола.

Далее, писал Сесил, Елизавета потратила последние тринадцать лет, помогая католикам избежать обязательств и наказаний, предусмотренных религиозным соглашением, и поворачиваясь спиной к протестантам. Своими действиями она посеяла ветер — и пожнет бурю.

Елизавета «с самого начала», продолжал Сесил, относилась к Марии так, словно «она стремится завоевать ее добротой и милосердием…» Она была чрезмерно уступчивой, и это главная ошибка. Мария слишком популярна в Англии. «Большое число» подданных считают ее законной наследницей Елизаветы, и для многих она даже «законная королева». «Она ежедневно отвращает от Ее Величества сердца подданных…» Она чрезвычайно опасна.

Когда я читал эту записку, до меня наконец-то дошло. Между Елизаветой и Сесилом существовал идеологический раскол относительно шотландских дел. Несмотря на способность к совместной работе почти по всем вопросам, в том, что касалось Шотландии и Марии, Елизавета и ее первый министр занимали непримиримые позиции. Если в спорах о престолонаследии Сесил ставил протестантскую веру выше наследственных прав, то Елизавета придерживалась противоположного мнения. В отношении Марии и Шотландии Елизавета решительно выступала против того, чтобы религиозные условия Сесила брали верх над законными правами престолонаследия.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Персона

Похожие книги