И верно, с его последнего появления прошлым летом все пошло наперекосяк. Мы поссорились с Саруманом. До тех пор мы считали Сарумана своим другом, но Гэндальф пришел и предупредил нас о том, что Исенгард готовит внезапное нападение. Он сказал, что сам был пленником в Ортанке, с трудом бежал оттуда и просит нашей помощи. Но Теоден не пожелал его слушать, и Гэндальф ушел. Не упоминайте Гэндальфа в присутствии Теодена! Наш повелитель разгневан. Ведь Гэндальф взял коня по кличке Обгоняющий Тень, лучшего из королевских коней, вожака
— Значит, Обгоняющий Тень в одиночку нашел путь с далекого Севера! — сказал Арагорн. — Там он расстался с Гэндальфом. Но увы! Гэндальфу больше не ездить на нем! Он канул в темную пропасть в подземельях Мории и не выйдет оттуда.
— Горестная весть, — сказал Эомер, — по крайней мере для меня и для многих, хоть и не для всех, как вы обнаружите, прибыв к королю.
— Никто в этом краю не в силах осознать, до чего печальна эта новость, хотя не пройдет и года, как это с болью поймут все, — сказал Арагорн. — Но когда гибнет Великий, меньшие должны продолжать путь. Мне пришлось вести Товарищество на долгом пути из Мории. Мы прошли через Лориен – не худо бы вам узнать правду об этой земле прежде чем говорить о ней, – а после спустились по Великой Реке до водопада Раурос. Там Боромира убили те самые орки, которых вы уничтожили.
— Ваши новости одна горше другой! — в отчаянии воскликнул Эомер. — Эта смерть – большая потеря для Минас-Тирита и для всех нас. Это был достойный человек! Никто никогда не сказал о нем дурного слова. Он редко бывал в Марке, потому что большей частью воевал на восточных границах, но мне довелось увидеть его. Он показался мне похожим скорее на быстрых сынов Эорла, чем на важных гондорцев, и, вероятно, в свое время стал бы великим вождем своего народа. Но мы не получали из Гондора никаких известий об этом несчастье. Когда он погиб?
— Сегодня четвертый день, как его убили, — ответил Арагорн, — и с того самого вечера мы идем от Тол-Брандира.
— Пешком? — изумился Эомер.
— Да, как видите.
В глазах Эомера отразилось крайнее удивление. — Странник для вас неподходящее имя, сын Араторна, — сказал он. — Я назвал бы вас Крылоногим. О деяниях трех друзей должны петь во многих землях. Сорок пять лиг прошли вы до исхода четвертого дня! Сильны и крепки потомки Элендиля!
А теперь, господин, что вы мне посоветуете? Я должен спешно вернуться к Теодену. В присутствии своих людей я говорил осторожно. Верно, что мы еще не вступили в открытую войну с Черной землей, а у короля есть трусливые советчики. Но война грядет. Мы не можем отказаться от давнего союза с Гондором, и если Гондор будет воевать, поможем ему. Так говорю я и те, кто меня поддерживает. Я отогнал все табуны и стада из своей области, Третьего маршальства, – это восточная Марка, – и отвел их за Энтвош. Здесь остались лишь сторожевые посты и быстрые разведчики.
— Значит, вы не платите дань Саурону? — спросил Гимли.
— Не платим и никогда не будем платить, — ответил Эомер, сверкнув глазами, — хотя до меня доходят слухи о том, что кто-то распространяет эту ложь. Несколько лет назад повелитель Черной земли пожелал за большую цену купить у нас лошадей, но мы отказали ему, потому что он использует животных для злых дел. Тогда он послал в набеги орков. Те уводят, что удается, выбирая всегда черных коней: таких лошадей теперь осталось мало. Потому-то мы невзлюбили орков пуще прежнего.
Но сейчас наша главная забота – Саруман. Он объявил себя повелителем всех этих земель, и между нами много месяцев шла война. Он взял к себе на службу орков, и тех, что ездят на волках, и злых людей, и закрыл проход, так что мы осаждены с востока и с запада.
Плохо иметь дело с таким врагом: колдун хитер и умеет принимать множество обличий. Говорят, он бродит по нашим землям, обернувшись стариком в плаще с капюшоном, очень похожим на Гэндальфа. Его шпионы минуют любые сети, а его птицы, вестники зла, свободно кружат в небе. Не знаю, чем все это закончится, ибо сердце подсказывает мне: друзья Сарумана живут не только в Исенгарде. Впрочем, если придете в дом короля, сами увидите. Или вы не пойдете? Быть может, я зря надеюсь, что вы посланы мне на помощь в минуту сомнения и нужды?
— Приду, когда смогу, — ответил Арагорн.
