Две крепости полностью

— Сэм! — в ужасе ахнул Фродо. Он на некоторое время глубоко задумался и очнулся внезапно и слишком поздно.

— Ах батюшки! — Сэм побелел, потом вспыхнул. — Опять! «Как разинешь рот, так сразу и заткни его ногой,» — всегда советовал мой старик и был совершенно прав. Дурень я, дурень!

Послушайте, сударь! — собрав всю свою храбрость, он повернулся к Фарамиру. — Не причиняйте вреда моему хозяину только за то, что его слуга – болван и олух. Вы очень складно говорили, об эльфах и о прочем, вот я сдуру возьми да и проболтайся. Но, как говорится, вашими бы устами да мед пить... Вот вам возможность показать, что вы за птица.

— Пожалуй, — сказал Фарамир медленно, очень тихо и со странной улыбкой. — Так вот разгадка всех загадок! Одно Кольцо, которое считалось исчезнувшим с лица земли! И Боромир пытался силой завладеть им? А вы бежали? И столько пробежали – ко мне в руки! Вы в дикой пустыне, в моей власти – два коротыша, а рядом сотни людей, готовых выполнить мой приказ, и Кольцо Колец. Какая удача! Какая возможность для Фарамира, гондорского военачальника, проявить себя! Ха! — Он выпрямился во весь рост, его серые глаза сверкали.

Фродо и Сэм вскочили с табуреток и прижались спинами к стене, пытаясь вытащить мечи. Наступило молчание. Люди в пещере прекратили разговоры и с удивлением смотрели на них. Но Фарамир снова сел и тихонько рассмеялся. Потом вновь стал серьезным.

— Увы Боромиру! Это было слишком тяжкое испытание! — сказал он. — Сколь умножили вы мою печаль, странники из далекой земли, носители Угрозы Человечеству! Но вы хуже знаете людей, чем я коротышей. Мы, гондорцы, верны своему слову. Мы редко хвастаем, но держим слово любой ценой, даже ценой гибели. Я сказал: «Валяйся оно на дороге, я и тогда не подобрал бы его». Даже если бы я страстно желал завладеть этим кольцом и даже если, говоря это, не вполне понимал, о чем речь, я все равно считал бы эти слова клятвой, и они связали бы меня.

Но мне не нужно Кольцо. Я достаточно умен, чтобы понимать: есть такие опасности, от которых человек должен бежать. Успокойтесь и сядьте! Утешься, Сэмвайс! Коль ты и ошибся, считай, что это судьба. Сердце у тебя проницательное и верное, оно видит лучше глаз. Может, тебе это покажется странным, но ты без опаски мог открыть мне вашу тайну. Возможно, это даже поможет твоему хозяину, которого ты так любишь. Если это в моей власти, я постараюсь обратить твою ошибку к его пользе. Поэтому не волнуйся. Но больше не называй эту вещь вслух. Одного раза довольно.

Хоббиты снова сели и сидели очень тихо. Люди вернулись к вину и беседе, решив, что командир подшутил над своими маленькими гостями и теперь шутки закончились.

— Ну, Фродо, наконец-то мы поняли друг друга, — сказал Фарамир. — Если ты взял эту вещь не по своему желанию, а по просьбе других, тогда я еще больше жалею и уважаю тебя. И вот что для меня в диковинку: вы прячете его и не используете! Вы для меня совершенно новые существа из нового мира. Все ли хоббиты таковы? Ваша земля должна быть царством мира и довольства, и садовники должны пользоваться там почетом.

— Не все у нас хорошо, — заметил Фродо, — но садовники, конечно, в почете.

— Однако можно утомиться и в собственном саду, как устают все существа под солнцем этого мира. А вы далеко от дома и проделали долгий путь. Хватит на сегодня. Выспитесь – если сможете, спокойно. Не бойтесь! Я не хочу видеть его, прикасаться к нему или знать о нем больше, чем знаю (чего вполне довольно), дабы опасный искус не сбил меня с пути и я не оказался на поверку недостойнее Фродо, сына Дрого. Ступайте отдыхать, но вначале, если можно, скажите мне, куда вы хотите идти и что делать. Ибо мой долг следить, ждать и думать. Время уходит. Утром каждый из нас должен будет без промедления отправиться назначенной ему дорогой.

Первый приступ страха миновал, и Фродо почувствовал, что весь дрожит. Огромная усталость окутала его, точно облако. Он не мог больше прикидываться и сопротивляться.

— Я намеревался найти дорогу в Мордор, — сказал он устало. — Я иду к Горгороту. Мне нужно найти Гору Огня и бросить эту вещь в Расселину Судьбы. Так велел Гэндальф. Не думаю, что доберусь туда.

Фарамир мгновение смотрел на него, серьезно и изумленно. Вдруг Фродо покачнулся, и Фарамир подхватил его, осторожно поднял, отнес к кровати, уложил и тепло укрыл. Фродо мгновенно уснул.

Рядом поставили другую кровать – для слуги. Сэм поколебался, потом низко поклонился. — Доброй ночи, господин воевода, — сказал он. — Вы не ударили в грязь лицом, сударь.

— Неужели? — спросил Фарамир.

— Да. И показали себя человеком высшей пробы.

Фарамир улыбнулся. — Дерзкий слуга мастер Сэмвайс! Впрочем, нет: похвала достойного дороже всех наград. Однако хвалить меня не за что. Я не испытывал никакого искушения или желания поступить иначе, чем поступил.