— Знаю, — рыкнул Углук. — Проклятые лошадники учуяли нас. А все ты виноват, Снага. Тебе и другим разведчикам следовало бы отрубить уши. Но мы бойцы, мы еще испробуем конины, а может, и чего получше.
В этот миг Пиппин понял, отчего некоторые орки указывали на восток. Оттуда донеслись хриплые крики, и снова появился Гришнах, а за ним несколько десятков длинноруких и кривоногих орков. На их щитах был нарисован красный глаз. Углук вышел им навстречу.
— Так вы вернулись? — спросил он. — Передумали, а?
— Я вернулся, чтобы проследить за выполнением приказа и обеспечить безопасность пленных, — ответил Гришнах.
— Неужели? — усмехнулся Углук. — Напрасно трудился. Я сам прослежу за выполнением приказа. А еще для чего ты вернулся? Ты убрался второпях. Что-нибудь тут оставил?
— Дурня! — фыркнул Гришнах. — А ним несколько крепких парней, которых жаль терять. Я знаю, что ты втравишь их в беду. Я пришел помочь им.
— Великолепно! — ухмыльнулся Углук. — Но если тебе не хватает духу драться, ты дал маху. Твой путь лежал в Лугбурц. Белокожие приближаются. Что случилось с твоим драгоценным назгулом? Или под ним подстрелили и другую лошадь? Если ты привел его с собой, он может пригодиться – если эти назгулы действительно так хороши.
—
— Похоже, ты много знаешь! — рассердился Углук. — Слишком много, себе на горе. Возможно, в Лугбурце задумаются, зачем и откуда. А тем временем урук-хай из Исенгарда, как всегда, сделают грязную работу. Хватит лебезить! Собирай свой сброд! Остальные свиньи убежали в лес. Тебе лучше последовать за ними. Ты не вернешься к Великой Реке живым. Шагом марш! Ать-два! Я пойду следом!
Исенгардцы опять схватили Мерри и Пиппина и взвалили на спину. Отряд вновь пустился в путь. Они бежали много часов, останавливаясь лишь для того, чтобы передать хоббитов новым носильщикам. То ли потому, что были быстрее и сильнее, то ли по какому-то замыслу Гришнаха, исенгардцы вскоре обогнали орков из Мордора, и отряд Гришнаха стал замыкающим. Скоро они начали догонять и ушедших ранее северян. Лес приближался.
Пиппин был весь в синяках, его одежда изорвалась, гудящая голова задевала грязную челюсть и волосатое ухо несшего его орка. Прямо перед ним были согнутые спины и крепкие, будто сделанные из проволоки и рога, толстые ноги, безостановочно мелькавшие вверх-вниз, вверх-вниз, словно отбивали кошмарные секунды бесконечного времени.
В полдень отряд Углука догнал северян. Те еле плелись под ярким солнцем, хотя это было зимнее солнце, светившее с бледного холодного неба; их головы были опущены, языки высунуты.
— Черви! — насмехались исенгардцы. — Спеклись, ребята! Белокожие поймают вас и съедят! Они приближаются!
Крик Гришнаха показал, что это не просто насмешка. Показались и стали очень быстро приближаться всадники. Они были еще очень далеко, но нагоняли орков, надвигаясь на них, как прилив по ровному берегу на бедолаг, увязших в зыбучих песках.
К великому изумлению Пиппина, считавшего, что орки выбились из сил, исенгардцы удвоили скорость. Но тут хоббит увидел, что солнце уже садится за Туманные горы и по земле потянулись тени. Солдаты Мордора распрямились и тоже прибавили ходу. Совсем близко темнел лес. Они уже миновали несколько одиноких деревьев. Подъем постепенно становился все круче, но орки не останавливались. Углук и Гришнах орали, подгоняя отряд, поднимая его на последний рывок.
«Все-таки убегут. Убегут!» — подумал Пиппин и исхитрился так выкрутить шею, чтобы одним глазом поглядеть назад через плечо. Он увидел, что всадники, летевшие с востока, уже поравнялись с орками. Солнце золотило их шлемы и копья, сверкало в светлых развевающихся волосах. Они окружили орков, не давая им рассеяться, и теснили их вдоль реки.
Пиппин не знал, к какому народу принадлежат всадники. Он пожалел, что слишком мало узнал в Ривенделле, слишком мало внимания обращал на карты... но в те дни казалось, что планы путешествия находятся в более опытных руках, и ему в голову не приходило, что когда-нибудь он будет отрезан от Гэндальфа, от Странника и даже от Фродо. Все, что он сумел припомнить о Рохане, – что из этой земли происходил конь Гэндальфа, Обгоняющий Тень. Это обнадеживало.
«Но как они узнают, что мы не орки? — встревожился он. — Едва ли они слышали о хоббитах. Наверное, следовало бы радоваться тому, что эти гнусные орки будут уничтожены, но самому мне хотелось бы спастись». — Было весьма похоже на то, что они с Мерри будут убиты вместе со своими похитителями, прежде чем люди Рохана их заметят.
