Тут я вынужден немного отвлечься и обрисовать читателю, что и как. Бал с уклоном на аристократию восемнадцатого, девятнадцатого века. Всё так же тщеславно, чопорно (назову современным словом пафосно), церемониально, и в то же время безумно скучно. Шампанское, музыка, смокинги, платья, дорогой парфюм, лживые и лицемерные улыбки и комплементы. PR нашего ректора одним словом. Нам с Лизой всё это надоело буквально через десять минут. И мы решили уединиться. Сначала на кафедре. А потом дикое желание заняться сексом направило нас в одну из отдалённых аудиторий почти пустого университета. Экстрим (разве никто не мечтал заняться сексом на своей работе?), любимый человек, уединение, всё это вместе пробуждает страстное желание бурного секса.
И там, после страстного поцелуя мы предались этой плотской утехе.
Первый раз. И где? В ванной? Нет. В постели при свечах? Нет. Прямо на парте, где днём занимаются студенты.
– Ты меня просто трахаешь, – улыбаясь, произнесла она, когда я со всей страстью входил в неё.
Я не нашёлся, что ответить. Ну, потому что эта была правда. В тот день мы не занимались любовью, мы трахались. Место, обстоятельства, время, всё это спровоцировало нас не к занятию любовью, а именно к траху. Но, Боже, это был самый замечательный трах в моей жизни. Как бы идиотски это не звучало…
После бала мы пошли на остановку, где ждали Лизин автобус. И там впервые я сказал ей «люблю». Во время поцелуя. Её голубые глаза округлились и блеснули. Это признание никак не было связано с тем, что между нами произошло. Да, оно было очень быстрым, но одновременно и искренним. Ещё совсем не зная её, я с полной уверенностью в человеке, раскрыл своё сердце. Сердце, по которому уже дважды резали ножом. Ножом безответной любви. Ножом измены и предательства в том числе. Но это раненное сердце говорило мне, что она не изменит, доверяй ей. И я доверял.
А что такое измена по своей сути? Где её граница? Секс, невинный поцелуй, или поцелуй с языками, мысли, сны, желания о другом или другой. Что из этого можно считать изменой, а что нет?
Границы часто определяем не мы сами. Их определяют наши стереотипы, наше воспитание, наша привязанность к партнёру, я намеренно не говорю любовь, так как никто мне наверняка не даст объяснение этому понятию, явлению, чувству. Для кого-то изменой будет считаться любой физический контакт, а для кого-то лёгкий флирт или даже невольно брошенный взгляд в противоположную сторону. Ты можешь трахать всё, что шевелится, но думать и любить только свою/своего ненаглядную/ого. Или в постели принадлежать только одному/одной, но мысленно переспать со всеми коллегами, актрисами, или актёрами, однокурсниками, соседками или соседями.
Исходя из этого, я делаю вывод, чтобы пара была счастлива, эта граница должна быть общей. Как в геополитике. Для неё секс – измена, и для тебя – измена. Значит, граница обговорена, и она общая, нарушение её – расстрел, ну или завершение отношений.
А что, если эти границы разные? Воевать? Доказывать свою правоту? Перестраивать партнёра? Не думаю, что кто-то захочет сразу отказываться от своих привычек. Получается, нужно расставаться ещё до наступления акта измены? Но и это вряд ли можно назвать выходом. А что, если людей с границами похожими на ваши, просто нет? Вы обречены на одиночество? Или будете ломать себя и свои представления об этом? Как вариант. Но правилен ли он? Вы считаете нормальным поцелуй в щеку своего старого друга, но ваш партнёр так не считает и в мыслях уже представляет, как этот самый друг имеет, или имел вас раньше во все щели. Согласитесь ли вы не целовать друга в щёку при встрече только потому, что ваш партнёр это плохо воспринимает?
Так, где выход?
Чтобы постараться его найти, необходимо обратиться к природе человека и природе измены. Мужчина – самец, завоеватель, продолжатель рода. Он априори должен ебать всё, что шевелится, чтобы перед смертью оставить как можно больше потомства. Ебать каждый день, по три-четыре раза. А поскольку одна девушка за девять месяцев способна дать не больше одного, реже двух, ещё реже трёх детей, следовательно, нужно дарить свою семенную жидкость другим. А женщины должны покорно раздвигать ноги и рожать. Половой шовинизм, не так ли? Что тогда делать с мужчинами, которые не могут так жить? Которые в постели кроме любимой женщины видеть никого не хотят? Забивать их камнями, как убогих? А женщины от природы выбирают сильных самцов, чтобы дети были здоровыми и ни в чём не нуждались. Выбрала, не повезло, оказался тряпкой, тут попался более сильный экземпляр, раздвинула ноги. Но опять же, как быть с жёнами, которые, не смотря на алкоголизм и всю убогость своих мужей, не бросают их?
Всё просто и в первом и во втором случае. Природа нам говорит, что от измен никуда не деться. А практика показывает, что есть индивидуумы, которые не позволяют себе измены. И снова мы в тупике.
