Похоже, Варя была права, когда говорила, что Илья мне совершенно не подходит. Но права ли она была насчет Радова?
Утро… Сегодня оно тяжелее обычного, как минимум потому, что пришлось встать раньше обычного на час. По утрам я всегда наношу минимум макияжа и слегка прохожусь утюжком по волосам, чтобы убрать пушистость.
Но сегодня ведь не просто рабочий день. Сегодня будет очень важная встреча, и легким макияжем уже не обойтись, как и обычной укладкой. Потому и пришлось встать пораньше.
Настроение паршивое из-за недосыпа, еще и из рук все валится, а время бежит быстрее обычного. Закончив с макияжем и прической, натягиваю колготки, затем надеваю платье и придирчиво смотрю на себя в зеркало. Блин, все-таки я поправилась, а Варя, похоже, мне лапшу на уши вешала о моей худобе, чтобы не расстраивать. Резинка на колготках слегка передавливает живот, но в глаза это бросается очень сильно. Приходится впопыхах отыскивать чулки, которые я страсть как не люблю надевать. В них я всегда чувствую себя какой-то неприличной развратницей, и всегда кажется, будто все вокруг знают, что я в чулках, отчего становится еще более неловко. Но выбор у меня невелик: либо быть гусеничкой, либо чувствовать себя развратной барышней. И сегодня мне приходится выбирать второй вариант.
С трудом успеваю добраться до офиса вовремя. Захожу в приемную и вижу, что на настенных часах уже две минуты десятого, а дверь в кабинет Радова открыта. Тихонечко крадусь мимо нее, чтобы он не заметил моего опоздания, но едва успеваю положить свою сумку, как слышу его голос:
─ Софи, зайди срочно. С кофе.
Я тяжело вздыхаю и прикрываю глаза. Ну за что? Даже и минуты не дал перевести дух. А теперь наверняка будет отчитывать за опоздание. На автомате наливаю чашку кофе и на дрожащих от прежней спешки ногах иду к нему. Шпильки я сегодня надела выше обычного и ходить в них мне тяжеловато. Но чего не сделаешь ради ответственного вечера?
─ Ваш кофе, Роман Андреевич, ─ дрогнувшим голосом произношу я и вытираю тыльной стороной ладони вспотевший лоб.
─ Спасибо, ─ сухо произносит он. ─ Я так понимаю, ты забыла о том, про что я вчера говорил?
─ О чем именно? ─ непонимающе уточняю я и судорожно перебираю в голове всевозможные поручения.
─ Про форму одежды, Софи, ─ уточняет он, вгоняя меня в ступор. ─ Я говорил тебе надеть то, в чем ты пойдешь на сегодняшнюю встречу.
Немигающим взглядом смотрю на Радова и просто готова его придушить. Он сейчас серьезно, или издевается?! Я надела свое лучшее платье, сделала макияж, прическу… А он не видит разницы между моим прежним внешним видом и сегодняшним?!
─ Я и надела, ─ цежу по слогам, еле сдерживая свое негодование.
─ Кхм. Понял, ─ откашливается он и смеряет меня внимательным взглядом. ─ Что могу сказать: не годится.
─ Что могу сказать: значит, я не иду с вами на встречу, ─ отзеркаливаю его и разочарованно всплескиваю руками.
─ С чего бы вдруг? ─ усмехается он. ─ До обеда делаешь все срочные отчеты, а потом отправляешься в магазин.
─ Вы издеваетесь? Для чего мне ехать в магазин? Чтобы тратить свои деньги на новое платье, которое вам снова не понравится?!
─ Деньги я тебе выделю, все-таки это в моих интересах, чтобы ты выглядела соответствующе. Да и к стилисту не помешало бы тебе сходить.
На последней фразе мое самообладание трещит по шву, и я поджимаю губы, чтобы не высказать всего того, что уже крутится на языке. Что он вообще о себе возомнил? Какое право он имеет на то, чтобы говорить мне о том, что я плохо выгляжу?! По его сугубо личному мнению, естественно. Так вот пусть засунет себе это мнение в ж…
─ Есть какие-то вопросы? ─ невозмутимо спрашивает он и делает глоток кофе. ─ Уже остыл. Переделай, будь любезна.
─ Конечно, ─ цежу я и в сердцах выхватываю чашку из рук Радова, и, совершенно не желая того, выворачиваю ее содержимое на белоснежную рубашку босса.
─ Что ты…
─ Простите! Ради бога, простите! ─ с огромными от ужаса глазами выпаливаю я и подбегаю к Радову.
Хватаю салфетки со стола и, склонившись над боссом, промокаю его рубашку, приставшую к мускулистой груди.
─ Мне очень неловко. Я не хотела испортить вашу рубашку, ─ виновато тараторю я, а мысли все больше концентрируются на теле Радова, виднеющемся сквозь ткань, и на дурманящем аромате его парфюма.
Его тяжелая ладонь накрывает мою и смыкается на запястье, останавливая мои бессмысленные телодвижения. Сглатываю ком, вставший в горле, и боюсь даже пошевелиться.
Радов берет меня за подбородок и поднимает мое лицо. В страхе поднимаю на него взгляд, но не вижу в его прищуренных глазах ни злости, ни раздражения. Сейчас они будто гипнотизируют меня и манят в бездну. Но я точно знаю: если утону в ней, то уже точно не вернусь.
─ Прекрати просить прощения. Я твой босс, но это не повод рассыпаться передо мной в извинениях, ─ сурово произносит Радов. ─ Но из-за твоей неосторожности мне придется теперь сделать то, что вряд ли тебя обрадует, ─ добавляет он и делает паузу, чем заставляет меня сильно напрячься.
Что он имеет в виду?
