Она темная личность, он бывший Пожиратель и шпион. Что влечет их друг к другу? Что скрывает она? Что не договаривает он? Судьба сводит их, и только от них самих зависит, будут они вместе или нет. Может быть, вы еще не заметили, но жизнь вообще несправедлива. Одно необдуманное слово, один неверный шаг — и жизнь переворачивается с ног на голову.
========== Глава I. Жизнь в Британии ==========
Небольшой двухэтажный дом на окраине Праги возле небольшого Махова озера всегда мне нравился. Там я могла уйти от той суеты, которая окружала меня, и уединиться. Этот дом я купила пять лет назад, когда осталась одна, и приезжала сюда в передышках между работой и командировками.
Теперь я сидела за большим письменным столом и перебирала документы. Уж очень не любила эту волокиту с бумагами, но приходилось отчитываться перед начальством. Последние два года я работала в Международном Департаменте Магии и занималась иностранными делами, связанными как с магическим, так и с магловским миром.
Я не люблю говорить о своей работе или хвастаться, чего и каким образом достигла. Бывало нелегко, бывало очень трудно, а иногда и страшно — вот и всё.
Я так увлеклась работой, что заваренный с утра кофе уже остыл. Меня отвлек стук в окно. Я оторвалась от бумаг и подошла. На подоконнике лежали два конверта: от Международного Департамента Магии и от Министра Магии Великобритании Кингсли Бруствера.
Открыв первое письмо, я прочла:
«Анри!
Бросив мне на стол своё заявление об увольнении, ты сказала, что больше не желаешь корячиться на Департамент. Да, я знаю, тебе пришлось нелегко, даже несладко, но всё же не спеши. Ты сама знаешь, что мы без тебя не сможем, ты, как никто, можешь управлять этими маглами. Прошу тебя еще раз подумать. И да, у меня есть для тебя новая работа. Конечно, это не то, что ты любишь, но в Министерстве Магии Британии сейчас трудное положение, ты в курсе их войны с Тем-кого-нельзя-называть. У них не хватает рук разобрать всё, и потому просили хороших специалистов. Да, конечно, ты пошлёшь меня с этим Министерством. Знаю, ты ненавидишь эту политику, но суть в другом: их школа была разрушена, многие погибли в этой войне, и теперь там острая нехватка учителей. Это не то, на что ты рассчитывала, но, зная тебя и зная, как ты устала в Департаменте, я предлагаю тебе должность преподавателя в школе „Хогвартс“. Это лучше, чем скитаться по городам, и, тем более, там дети, а ты их так любишь. Подумай об этом.
Твой любимый начальник».
Я улыбнулась, но новость мне не очень понравилась.
«Опять доказывать, что я не дура и что-то умею», — подумала я.
Конечно, мою фамилию и род знали многие в Европе. Отец был одним из выдающихся волшебников, занимал хорошую должность и был Мастером Зелья. С детства я стремилась научиться всему, и это мне хорошо удавалось. В десять лет я уже помогала своему отцу во всем; он позволял мне многое, и поэтому во мне никогда не угасало стремление покорять всё и вся. Отец не жалел денег на свою единственную дочь, и все мои капризы исполнялись, а шалости спускались с рук.
Моими преподавателями были разные мастера. Когда же я впервые попала в лавку Олливандера, тот долго выбирал мне палочку, а когда наконец определился, я ужасно расстроилась — не то. Опуская очередную не мою палочку, продавец вдруг вспомнил про одну очень интересную.
— Вот, попробуй её, — достав из футляра тонкую, из чёрно-коричневого дерева, с завитой в восьмёрку рукояткой палочку, он протянул её мне.
Уже без прежнего восторга я взяла палочку и произнесла:
— Люмос.
Вдруг на конце палочки появился светящийся шар, слегка подрагивающий, точно мыльный пузырь на соломинке. Подскочив от радости, я подбежала к отцу.
— Папа, папа, получилось! — радостно восклицала я, кружась вокруг него, он был счастлив и горд мною.
В пятнадцать лет я уже умела трансгрессировать, владела беспалочковой магией, знала кучу заклинаний и умело ими пользовалась. Я находила общий язык с любым животным, хотя и не являлась анимагом. Преподаватели сменялись год за годом, но уже к двадцати годам меня считали выдающейся волшебницей современности.
Сейчас, глядя на меня, уже трудно узнать ту маленькую девочку. Я выросла, стала серьёзно относиться к своей жизни (хотя, что греха таить, иногда срывалась и делала маленькие шалости). Изумрудно-зелёный цвет глаз, унаследованный от матери, выгодно подчёркивал волосы оттенка вишни (хотя раньше они были рыжими). Невысокая, всегда в строгом костюме (обтягивающие брюки и рубашка, сверху обязательно жилет, жакет или кардиган из плотной ткани, застегивающийся на множество пуговиц, и непременно ботильоны на устойчивых каблуках). Иногда я носила очки. Нет, у меня не было проблем со зрением, просто так я казалась немного старше своего юного возраста.
Оторвавшись от первого, я потянулась за вторым письмом.
«Уважаемая мисс Анриэта Персиваль!
Мне бы не хотелось тревожить вас после очередной командировки, но узнал, что сейчас вы пребываете в Чехии. Департамент сообщил, что вы могли бы нам очень помочь.
Жду вас в Министерстве завтра после полудня.
Министр Магии Великобритании Кингсли Бруствер».
— Ну что ж, — тихо, немного задумчиво, пробормотала я и усмехнулась, — Британия так Британия!
На следующий день я трансгрессировала в Министерство, где было шумно и многолюдно. Видимо, шли суды. Повсюду было много охраны. Кингсли Бруствер встретил меня на пороге своего кабинета.
