Две серьезные дамы полностью

– Не говори с ним по-французски. Это бессмысленно. Уж лучше по-английски.

– Обожаю Колон.

Шофер скроил гримасу.

– Грязный деревянный город. Уверен, вы совершили большую ошибку. Сами увидите. Панама-сити вам понравится больше. Больше магазинов, больше больниц, чудесные кинотеатры, большие чистые рестораны, чудесные каменные дома; Панама-сити место крупное. Когда поедем через Анкон, покажу вам, какие славные там лужайки, деревья и тротуары. В Колоне вы ничего подобного мне показать не сумеете. Знаете, кому нравится Колон? – Он перегнулся далеко через спинку своего сиденья и, поскольку они уселись сразу за ним, дышал прямо им в лица. – Знаете, кому нравится Колон? – Он подмигнул мистеру Копперфилду. – Они там по всем улицам. Вот что там есть; а кроме этого, почти больше ничего. Такое есть и тут у нас, но в отдельном месте. Если вам такое нравится, можете сходить. У нас тут всё есть.

– Вы имеете в виду шлюх? – ясным голосом спросила миссис Копперфилд.

– Las putas, – пояснил шоферу по-испански мистер Копперфилд. Он был в восторге от того оборота, какой приняла их беседа, и опасался, что шофер не просмакует ее полностью.

Шофер прикрыл рот ладонью и засмеялся.

– Она такое любит, – произнес мистер Копперфилд, подталкивая жену.

– Нет-нет, – вымолвил шофер, – куда ей.

– Они все были со мною очень милы.

– Милы! – едва не заорал шофер. – Да в них милого ни вот столечко. – Из большого и указательного пальцев он сложил крохотный кружок. – Нет, не милые они – вас кто-то дурачил. Вот он знает. – Шофер положил руку на колено мистеру Копперфилду.

– Боюсь, мне об этом ничего не известно, – проговорил мистер Копперфилд. Шофер снова подмигнул ему, а потом сказал:

– Она считает, будто знает las… не буду слово говорить, но она никогда ни одной такой не встречала.

– Но я же встречала. У меня с одной даже сиеста была.

– Сиеста! – Шофер взревел от хохота. – Прошу вас, не смейтесь, дама. Это, между прочим, не очень приятно. – Вдруг вид у него сделался очень серьезный. – Нет, нет, нет. – Он грустно покачал головой.

Автобус уже заполнился, и шоферу пришлось тронуться. Всякий раз, когда они останавливались, он разворачивался и грозил миссис Копперфилд пальцем. Проехали через Анкон и мимо нескольких длинных низких зданий, разбросанных по нескольким пологим склонам.

– Больницы, – завопил шофер ради четы Копперфилд. – У них тут врачи есть от всего на свете. Армия там может лечиться за так. Едят, спят и поправляются за так. Некоторые старики там живут весь остаток своей жизни. Просто мечтаю оказаться в Американской армии и не водить больше этот поганый автобус.

– Очень не хотел бы я так квартироваться, – с чувством произнес мистер Копперфилд.

– Они вечно на ужины да балы ходят, балы да ужины, – заметил шофер. С задних сидений автобуса донесся какой-то ропот. Всем женщинам не терпелось узнать, что же такое сказал шофер. Одна, говорившая по-английски, быстро объяснила остальным на испанском. Все они по этому поводу затем хихикали добрых пять минут. Шофер запел «Вон туда»[6], и смех стал пронзителен чуть ли не до истерики. Они уже почти выбрались за город и ехали вдоль реки. За рекою была очень новая дорога, а за нею – густой лес.

– О, посмотри, – промолвил мистер Копперфилд, показывая на него. – Видишь разницу? Видишь, какие громадные деревья и как спутан весь подлесок? Это даже отсюда разобрать можно. Никакие северные леса никогда не выглядят такими густыми.

– Это правда, не выглядят, – согласилась миссис Копперфилд.

Автобус наконец остановился у крохотного причала. В салоне теперь оставались лишь три женщины и Копперфилды. Миссис Копперфилд взглянула на женщин, надеясь, что и они пойдут в джунгли.

Мистер Копперфилд спустился из автобуса, и она неохотно последовала за ним. Шофер уже вышел на улицу, курил. Стоял возле мистера Копперфилда, надеясь завязать еще одну беседу. Но тот был слишком разгорячен, оказавшись так близко от джунглей, и больше ни о чем не думал. А женщины из автобуса не вышли. Они оставались на своих местах, беседовали. Миссис Копперфилд обернулась на автобус и уставилась на них с недоумением на лице. Казалось, она говорит: «Выходите, пожалуйста, а?» Те смутились и вновь захихикали.

Миссис Копперфилд подошла к шоферу и спросила:

– Это конечная?

– Да, – ответил тот.

– А они?

– Кто? – переспросил он, вроде бы не сообразив.

– Те три дамы сзади.

– Они катаются. Это очень славные дамы. Они уже не впервые ездят у меня в автобусе.

– Туда-назад?

– Ну да, – ответил шофер.

Мистер Копперфилд взял миссис Копперфилд за руку и повел ее на пристань. К ним приближался маленький паром. На нем, казалось, вообще никого нет.

Вдруг миссис Копперфилд сказала мужу:

– Я просто не хочу идти в джунгли. Вчера был такой странный, ужасный день. Если мне выпадет еще один такой, у меня будет жуткое состояние. Дай мне, пожалуйста, вернуться автобусом.