Закончив дела на Кавказе, Брехт спешит в Москву на коронацию императора Александра первого. Куча дел впереди. Но и враги появились. Помолимся за него.
Annotation
Закончив дела на Кавказе, Брехт спешит в Москву на коронацию императора Александра первого. Куча дел впереди. Но и враги появились. Помолимся за него.
Красавчик. Книга третья. Две столицы
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Красавчик. Книга третья. Две столицы
Глава 1
Событие первое
Волки позорные! Или волк? Да, хоть какая сущность, всё одно — позорные.
Эти гады, гад и прочие нехорошие сущности засунули душонку, або сознание Брехта, в тело графа фон Витгенштейна с помощью синего кристалла, даже не поинтересовавшись, а как оный граф переносит морскую болезнь. А ведь Брехт даже подумывал бросить всё и с Крузенштерном отплыть в кругосветку. Уж больно много всего полезного сулило это путешествие, если на корабле с кучей золота и серебра будет граф Витгенштейн. Но теперь шиш. Оказалось, что вестибулярный аппарат графа проклятого настолько чувствительный, что морские прогулки даже по практически спокойному морю превращают его гигантский богатырский организмус в жалкую стонущую и вечно блюющую тушку, над которой, что особенно обидно, в том числе и такие же блюющие смеются. Они денёк помучились, исторгли из себя всё, что можно, а когда море успокоилось и даже зыби-то не видно, граф фон Витгенштейн один продолжает караулить позывы, валяясь у фальшборта.
А ведь план был хорош. Да, просто умнейший был план. Если из Дербента до Астрахани можно доплыть морем и даже готовый корабль есть, то какого чёрта плестись по жаре на потных вонючих лошадях вдоль моря, если можно не утруждаясь сидеть в шезлонге на палубе, попивать гранатовый сок, подставлять физиономию солёному бризу и смотреть, как персиянская рабыня танец живота исполняет. По-французски неплохо звучит: «danse du ventre». А как там его Мехти обозвал? Пакс, нет, Ракс Шарки. Вот откуда у Шукшина «шаркнем по душе». Любитель был этого дела, не иначе. А чего — душевно.
Отвлёкся. А, про вонючих лошадей вдоль моря и про хлопающий белыми крыльями-парусами корабль, прямо по морю. «Прямо» — в прямом смысле.
Есть разница? Ещё какая. Потому, когда Мехти II Тарковский предложил отправить хана Петера морем, то хан этот дуболомный с радостью согласился. Ещё бы, от Дербента до Астрахани шестьсот с большим гаком километров по очень не простым дорогам. Один раз граф фон Витгенштейн по ним уже нёсся в Столицу с ключами от Дербента. Так себе удовольствие. Так это с тремя всего гусарами его сопровождающими, а сейчас с ним несколько сот человек и куча всякого шмотья и прочих подарков императору Александру. А ещё в Кизляре его должны нагнать грузины. Даже если царицу Мариам и не удастся генералу Цицианову спровадить, то часть знати и часть царевичей с царевнами точно на коронацию поедут. Где их и надо будет захомутать.
С радостью Брехт согласился плыть из Дербента на кораблях. Целых три буса есть в его распоряжение, и они — эти гигантские корабли вполне и горцев всех заберут, и их коней, и подарки все. Согласился. А тут такой пассаж. В первый день море чуть играло, и морская болезнь началась буквально через пять минут, как отошли от пристани. И вот уже больше суток в море. Ветер стих, солнышко светит, лёгким солёным бризом графа обдувает, но радости ему это не приносит. Лежит на кошме у фальшборта и страдает. Раз в десяток минут вскакивает и пугает, увязавшихся за кораблями, чаек, пытаясь чего извергнуть из совершенно пустого желудка. Даже желчи уже нет. Одно мычание наружу выходит.
Корабли эти — бусы, большие и медленные. Миль восемь в час, больше не дают. Благо ветер почти попутный. Нужно южный, а он юго-западный, капитанам всё время приходится чуть лавировать, чтобы их к берегу не сносило. Только ведь восемь миль — это для пешехода и даже всадника вполне себе скорость, а если учесть, что и ночью и в обед корабль продолжает плыть, то и совсем хорошо. Двести миль за сутки прошли, капитан сказал, что сейчас ветер стих, и — пошли ещё медленнее — миль шесть в час, но из пятисот километров уже триста пятьдесят прошли. Утром капитан обещал их высадить уже в Астрахани. Дожить бы до этого утра.
В Дербенте Брехту не только удалось мастеров из селения Кубачи залучить в свой удел, целых трёх, одного совсем аксакала и двух молодых да ранних — учеников и сыновей этого аксакала, но ещё и кучу всего ценного прикупить и просто забрать. А получилось вот что.
