— Для вас новостью не будет то, что всем вашим предкам земля была пожалована государями для службы на пользу России. Заостряю ваше внимание. Дана не Богом, а именно государем и именно ДЛЯ службы, а не ЗА службу как это принято в Европах. Земля давалась чтобы испомещенный на ней мог являться по призыву государя «конно и оружно». И закрепление крестьян на уделах ваших преследовало только одну цель — Радищев внимательно и строго посмотрел на толпу — Сохранить доходы помещиков в условиях появления новых свободных земель, на которые крестьяне готовы были бежать из — под тягла.
Министра слушали внимательно. В полумраке барака, при свете масляной лампы, эмоции на лицах людей были видны хорошо.
— Так и сложилась наша русская традиция служения. Дворянин служит копьем, крестьянин сохой, а купец мошной. И все это имело смысл до тех пор, пока война была уделом дворянского ополчения. Но все течет и все изменяется. Армии ныне в массе своей стали крестьянскими. А дворянство после Петра и особенно после Елизаветы Петровны стало забывать о долге и потребовало себе полной свободы от служения. И Петр Федорович таковую свободу дворянскому сословию даровал. Но скажите не справедливо было бы и крестьянам свободу даровать? Хотя бы личную.
По лицам дворян пробежала волна смешанных эмоций. Кто — то даже вполголоса выругался.
— Таков и был первоначальный замысел государя. Оставить землю в руках дворян, а крестьян сделать арендаторами или наемными работниками на мануфактурах и заводах. Это резко оживило бы торговлю и заводскую жизнь, а також оставило бы в руках дворянства большие богатства. Это было бы справедливо. Но Орловы и Екатерина покусились на жизнь государя. И только благодаря заступничеству Господа не свершилось цареубийства. И вот теперь наш император вынужден искать поддержку в народе и теперь уже дворянство лишается земли. А крестьяне и купцы приобретают свободу и богатства.
Новый император, разумеется, не был Карлом Петером Ульрихом из Гольштейн — Готторпской династии. Радищев осознанно говорил неправду. Нужен был правдоподобный миф, в который окружающим будет проще поверить. И его формирование ложилось в первую очередь на братьев масонов.
Один из пленников недовольно выкрикнул, опережая прочих:
— Зачем этим скотам свобода? Как они ею распорядятся? Вы же сами видите, что бунт сотворил? Хаос и разруха повсюду.
Радищев усмехнулся и ответил фразой, слышанной от государя:
— Разруха она не вокруг, она в ваших головах. И в уборных ваших — гляньте у себя в бараке!
Дворяне смущенно переглянулись. Никто из них не был приучен убираться в сортире.
— А на деле в Оренбургской и Казанских губерниях — продолжал давить Радищев — Повсеместно прошли выборы в местное земское самоуправление и на во всех уездах этих губерний царит полный порядок. При этом дворян в самоуправлении практически нет. В городах выбраны местные городские головы из купцов по большей части. Так что аристократия наша оказывается отнюдь не становой хребет государства. И без них прожить можно.
— Что — то полками у вас крестьяне и купцы не командуют как я посмотрю — возразил ещё один из пленных.
— Совершенно с вами согласен — кивнул министр — Общий уровень образования в народе настолько низок что грамотных командиров очень мало. Но они есть. И их будет с каждым годом все больше и больше. Особенно если учитывать закон о всеобщей обязательной грамотности народов России.
Дворяне зашумели. О таком законе они ещё не слышали.
— Да — да не удивляйтесь — Радищев прошелся перед толпой — Нынче идет работа над его текстом, и он обязательно будет оглашен на Земском соборе. В законе говорится о налоге на всякого безграмотного из податных. Суммы ещё не утверждены, но работать это будет так. Незнание русского языка облагается тремя рублями сбора в год. Это станет сильным уроком для инородцев.
— Бунтоваться будут — выкрикнул кто — то
— Подавим бунты — отмахнулся министр — Знание языка, но неумение читать обойдется в два рубля. Умение читать, но неумение писать будет стоить рубль. Учитывая, что взрослым людям уже некогда зубрить грамоту в законе допускается выставлять вместо себя детей обоего пола. Таким образом мы за десяток лет сделаем Россию поголовно грамотной страной. А окраинные народы будут вынуждены будут усердно изучать русский язык. А где язык там и культура, и религия. Общий язык — это несокрушимый фундамент Империи.
Один из слушателей рассмеялся.
— Да! Вот это размах! Это получается что — то вроде «джизья» у турок. Только они специальный налог на иноверцев налагают, а вы, стало быть, на нерусских. Хитро. Но коли так, чего вам от нас то нужно. Стройте свою утопию крестьянскую ежели победите.
Радищев кивком головы согласился с оценкой собеседника, и продолжил:
— Все так, но в самом начале пути самая тяжелая ноша. И пока что нашему государю её помогают нести немногие избранные. И его благодарность — Радищев выделил голосом это слово, — к тем, кто в эту минуту подставляет свое плечо будет высока. Нужны офицеры, нужны учителя, нужны чиновники. И взять их неоткуда кроме как из дворянского сословия.
