— У меня просто раскалывается голова. Можем мы выпить хотя бы чашку чая прежде, чем ехать по адресу?
— Пойдем. Нужно посмотреть по карте, что там находится.
Они останавливаются в маленьком кафе и долго вертят карту, отыскивая адрес, пока, наконец, не понимают, что это кладбище.
— Она ведь сказала Клаус Шмидт, верно? Может, этот человек не имеет отношения к Шоу? — они озадаченно смотрят на зеленое пятно в черте города.
— Нет, я тоже слышал это имя. У Шоу было несколько имен, он использовал разные для прикрытия.
— Может, этот покойник прикрывал Шоу в свое время?
— Ох, я не знаю, — Чарльз взъерошивает волосы и сдавливает виски, страдая над чашкой зеленого чая.
День клонится к вечеру, но Эрик уверен, что они не смогут спать, не посетив странное место, указанное Эммой, сегодня же.
— Я позвоню домой, скажу, что мы задержимся немного, — он кивает в сторону телефонного автомата в углу комнаты и под настороженный и неотрывный взгляд Чарльза уходит к аппарату.
Трубку берет Мойра.
— Алло, Эрик? Вы скоро вернетесь?
— Я звоню, чтобы сказать, мы немного задержимся, — он секунду думает, стоит ли сообщать Мойре, куда они едут, но решает, что просто должен. Залог собственной безопасности — всегда сообщать напарнику, куда ты направляешься. — Мы едем с Чарльзом на кладбище Святого Реймонда, чтобы проверить одну информацию.
— Что? Кладбище? Какого черта вы там забыли? — Мойра удивлена не меньше их самих.
— Эмма назвала этот адрес вместе с именем некоего Клауса Шмидта. Он как-то связан с Шоу, я не знаю. Мы должны все проверить. Вернемся через пару часов, скорее всего.
— Шмидта? Ладно, я скажу остальным. Будем ждать вас с новостями.
Они прощаются, и он возвращается к Чарльзу, позволяя вцепиться в свое запястье под листом карты.
— Все в порядке дома?
— Да, беспокоиться не о чем. Логан обещал прибыть завтра утром. Думаю, всех порадуют новые адреса.
Эрик хлопает по блокноту рукой и ободряюще сжимает пальцы Чарльза в кулак.
— Готов ехать?
— Да… Мне уже лучше.
До кладбища около получаса пути, и они успешно доезжают без пробок. Солнце начинает садиться, но на улице все еще тепло. Они отыскивают работника и узнают, как добраться до места К-345.
— Это военная часть кладбища. Посмотри на даты — Вторая мировая.
Эрик пробегает быстрым взглядом по нестройным рядам разномастных надгробий. Теперь хоронят аккуратней. Памятники еще не состарились от времени, но есть много неухоженных могил.
Они молча идут вдоль рядов и оставляют позади пару перекрестков, прежде чем находят нужный.
— Нам дальше, это 340… — Эрик сам не знает, что с ним, но у него крайне дурное предчувствие.
Здесь слишком узко, и Чарльз вынужден идти позади. Эрик почти тащит его на буксире, чувствуя, что друг тоже на взводе.
342…
343…
Сердце колотится так, что слышно, наверное, каждому мертвецу в округе. Но кладбище погружено в зловещую тишину.
344…
— Это оно.
Два надгробия. Одно высокое, мраморное. Второе небольшое, заросшее плющом настолько, что не видно имени. Могила заброшена, ограды нет, но Эрик отмечает это лишь краем сознания.
— Какого черта?.. Как… Как это вообще понимать?
На темном мраморе высечены уже чуть поблекшие буквы: «Верному другу и прекрасному доктору! Пусть дух твой упокоится на веки вечные. Аминь».
Клаус Себастьян Шмидт
13.02.1921 - 7.11.1952.
Фотография поблекшая от времени, но Чарльз узнал бы это лицо из сотен тысяч. Эрик разглядывает ее снова и снова, пытаясь понять, в чем смысл того, что он видит. Этот человек умер чуть больше тридцати лет назад!
Чарльз смотрит на него испуганно, и Эрик улавливает в его голове мысль о том, что Шоу, возможно, восстал из мертвых? Бессмертен? Нестареющий мутант?! Что?!
Эрик сглатывает и вытягивает ладонь вперед над могилой.
— Что ты делаешь?..
— Она не пустая. Гвозди в гробу, пряжка ремня, запонки, часы… Там… там действительно лежит чье-то тело. Клауса Шмидта, очевидно.
В голове куча вопросов и ни одного ответа. Разум Чарльза фонит адским напряжением, и Эрик морщится, а потом вспоминает про вторую могилу и отводит рукой ветви плюща.
Надгробие детское.
Рэбекка Венсон
27.04.1937 - 7.11.1952
— Кто это такая? Дочь?
Эрик пытается прощупать что-то под землей, но на девочке, если она там, не было металлических предметов. Только гвозди гроба.
— Я не знаю… Не знаю…
Он смотрит то на одну, то на другую могилу. Это какая-то блядская шарада! Клаус Шмидт, который выглядит, как Шоу. Или Шоу, который выглядит, как Шмидт. И очевидно, что один из них жив, а другой мертв. Близнецы? Но Шоу слишком молод для того, кто родился в тысяча девятьсот двадцать первом году… И слишком стар, чтобы быть сыном Шмидта. Очевидно, что на фото один и тот же человек!
«Шоу не может быть мертв и жив одновременно, черт возьми! Это невозможно!» — Чарльз кричит мысленно, потому что не может говорить. Он тяжело дышит, снова хватаясь за локоть Эрика.
— Если этот Шмидт-Шоу мертв, тогда кто убивал мутантов последние четырнадцать лет?! Его клон?
