— Нет, просто… — делаю глубокий вдох, — это уже слишком. Он разговаривал с ней по телефону сегодня утром. Я все слышала. Она продала в Астане квартиру, которую он ей подарил, переехала сюда. Мысль о том, что она подобралась слишком близко к нам, раздражает и пугает.
Аслан открывает рот, чтобы ответить, но его опережает подошедшая Индира:
— Солнце, прости. Ко мне едет очень важный клиент. Договаривались на другое время, но него поменялись планы.
— Иди, конечно. Я тоже сейчас буду собираться.
— Тогда созвонимся, хорошо? — Индира забирает пальто и сумку, затем подходит ко мне и целует в щеку. — Аслан, рада была видеть.
— Взаимно, — коротко, но доброжелательно кивает мужчина.
Когда подруга уходит, Аслан прочищает горло и понизив голос говорит:
— Мне кажется, она немного не в себе.
— Немного? Да она чокнутая, больная на всю голову.
— Хотя я часто приезжал в офис и ничего такого не замечал. Ходила и ходила, кофе приносила.
— Кофе… — протянула я, вспомнив, что она мне говорила про их первый раз: “Он попросил сделать ему кофе. А потом он же залил ковер, а разбитая чашка валялась на полу, потому что он брал меня прямо на своем столе”. Кажется, так она это описала?
— Я знаю, что он платил ей. Много платил, — сказав это, прикрываю веки. — И ты, наверное, об этом тоже не знал?
— Недавно узнал, когда Карим попросил поднять всё, что с ней связано. Он не верит, что между ними что-то было.
— Вот и выясним через десять дней, — даже от одной мысли, что это его ребенок мне становится нестерпимо больно, а что будет потом? — Мне пора возвращаться.
— И мне, — кивает друг моего мужа.
Аслан открывает дверь и галантно пропускает меня вперед. На улице морозно, свежо и белым бело — снег, выпавший накануне, еще не превратился в грязную кашу, а красиво укрывает землю и лежит на ветках елей и деревьев.
Поправляю белую вязаную шапку, делаю шаг и поскользнувшись, чуть не падаю на землю, но в последний момент меня удерживает Аслан. Не давая упасть, он крепко держит за руку и фиксирует сильную ладонь на моей спине, обжигая ее. Тяжело дыша от страха что-нибудь себе сломать, поднимаю глаза и натыкаюсь на сосредоточенный и неотрывный взгляд мужчины.
— Аслан, — неловко шепчу я.
— Прости, — он резко отводит глаза и отпускает. — Гололед.
— Да, — все, что могу произнести. — Я пойду, у меня урок. До встречи.
Поправив ремешок сумочки, прохожу мимо него и слышу чуть охрипший голос за спиной:
— Зара, будь осторожна.
Оборачиваюсь через плечо и слегка улыбнувшись, отвечаю:
— Спасибо.
Потихоньку скольжу по льду и пытаюсь унять дрожь от внезапной паники.
Его взгляд…это ненормально!
Он не должен так смотреть на жену друга, которую знает десять лет!
Он не должен дотрагиваться до меня без спроса.
А я не должна больше с ним пересекаться, потому что что-то в нашем общении внезапно пошло не так.
Сегодняшний отчет о передвижениях Зары выбил меня из колеи. Как умалишенный прокручиваю те четыре фотографии, на которых она стоит с Асланом. И не просто стоит — он прижимает ее к груди и смотрит так, что у меня внутри все клокочет от гнева и безысходности.
Увеличиваю снимок, всматриваюсь в лицо то друга, то жены. Она растеряна и смущена, он как всегда слишком серьезный. Но что-то едва уловимое, другое мелькает в его взгляде даже через экран. И мне это очень не нравится.
Нахожу его номер в телефонной книге, нажимаю на вызов и, стиснув зубы, жду. когда снимет трубку.
— Да? — Аслан спокойный, как удав.
— Вечером можешь заехать? — без приветствий, сходу спрашиваю.
— Что-то случилось?
Заинтригован. Неужели не понимает, почему я звоню? Он же знает, что Зару “ведут”.
— Поговорить надо.
— Хорошо. К семи подъеду.
Отключаюсь. Снова захожу в мессенджер и открываю ее фотографии. Я теперь как чертов сталкер — наблюдаю за любимой женщиной издалека, слежу за каждым ее шагом, но уже не имею никакой власти над ней.
И снова возвращаюсь к снимку у ресторана. Аслан открывает Заре дверь. Она улыбается. Следующий кадр — они стоят непозволительно близко друг к другу.
Раздраженно опускаю руку, в которой держу телефон, на кровать. В памяти выуживаю эпизод десятилетней давности, когда сам же и познакоми Аслана с Зарой. Что он тогда сказал? “Какая красивая девушка. У нее есть парень?”
А я ответил: “Я ее парень. Это моя девочка”.
