Эта книга о фантастической дружбе, которой и не могло быть в тот тяжелейший период нашей истории. Но именно эта фантазия является моим убеждением в том, что дружба, любовь, сочувствие и сострадание смогли победить тогда фашизм, наполненный ненавистью, жадностью и низостью.
Посвящается городу, где я родился.
Городу с такой непростой, но героической судьбой.
А также всем моим бабушкам и дедушкам,
прошедшим Великую отечественную войну
Джейн уютно расположилась в массивном кожаном кресле в кабинете своего отца. Полуденное калифорнийское солнце безжалостно проникало во все доступные уголки их большого особняка в викторианском стиле на берегу океана. Было знойно и безветренно. При этом в доме было суетно. Мать Джейн громко раздавала указания многочисленной прислуге. Во всю шла подготовка к большому приему гостей по случаю заключения очередной крупной сделки при посредничестве отца Джейн. Он был самым успешным адвокатом на всем западном побережье, поэтому представлял интересы как крупного американского бизнеса, так и правительства, также принимал участие в законотворчестве.
Её мать, Маргарет, происходившая из древнего аристократического европейского рода, строго следовала пожеланиям мужа, никогда не вмешивалась в его дела и всегда с огромным уважением и почтением относилась к нему. С Джейн она была холодна, но с рождением Альфреда, её младшего брата в ней стали "просыпаться" материнские чувства. Она стала активно участвовать в его воспитании. Джейн же с малых лет воспитывала старая гувернантка Бетти, фактически заменившая ей мать.
Погрузившись в сладкую дрёму, Джейн оказалась на прекрасной лесной поляне, усыпанной полевыми цветами, недалеко паслись её любимые единороги. Один из них совсем малыш, словно бабочка, порхал над ней и едва заметно касался своими крохотными крылышками её щеки. Вдруг раздался непонятный шорох. Она открыла глаза. Кто-то тихо скребся снаружи. Она подбежала к двери, слегка приоткрыв одну из створок. На пороге стоял её брат Альфред. Он испуганно прошептал: “Джи, ты опять здесь?! Мама тебя ищет. Я понял, где ты спряталась. Но ей сказал, что ты гуляешь по пляжу. Очень не хочу, чтобы тебя наказали". Джейн улыбнулась и обняла брата: "Спасибо, Аль! Ты самый лучший в мире брат!". Чмокнув его в щёку, она выбежала из кабинета.
Маргарет, увидев Джейн, нахмурились: " Ты опять где-то ходишь. Витаешь в облаках. Сегодня очень важный ужин. К 18.00 ты должна быть готова. Одета и причесана. И прошу тебя не опозорь нас с отцом. Тебе предстоит сыграть несколько сонат. И ещё — не перепутай столовые приборы, как в прошлый раз". Джейн виновато улыбнулась. Да, она изучала этикет. Но для неё это было мукой. Она вообще не понимала, зачем нужно бесчисленное количество ножей и вилок, когда достаточно одного прибора.
Предстоящий прием был её очередным испытанием. Но была в этой бочке дегтя своя ложка мёда. На банкете должен быть её друг Фрэнки. Так она называла Фрэнка Синатру, известного певца, популярность которого распространилась далеко за пределы Америки. В нынешнем 1941 году он был на пике популярности. Когда он только начинал свою карьеру на эстраде, с деньгами было туго. А он угодил в одну криминальную историю. Eё отец помог ему безвозмездно, буквально вытащил из тюрьмы. С тех пор у них сложились очень добрые взаимоотношения. Он часто бывал у них дома. Молодой, красивый с прекрасным голосом он очаровал Джейн, и они подружились. И когда отец наконец поддался её уговорам и купил пони, о котором она мечтала. Джейн, не задумываясь назвала его Фрэнки, в честь Синатры.
После наставлений матери она пошла к своей гувернантке Бетти. Подойдя к двери, она тихонько постучала: “Бетти, милая, можно к тебе?“. Дверь открылась. На пороге стояла пожилая улыбающаяся женщина. Её взгляд излучал материнское тепло и ласку. Она обняла Джейн, поцеловала её пшеничную макушку и произнесла: " Девочка моя, где же ты ходишь? Твоя мама нервничает. Тебя надо приодеть, причесать. К шести часам я из тебя, моей маленькой золушки, сделаю принцессу". Джейн засмеялась: " Это будет шикарно. Бетти, представляешь, приедет Фрэнки».
