Аккуратно заглядываю в комнату и наблюдаю довольно интересную картину… Черт, да сегодня прямо праздник интересных картин! Сначала Бенио в моей постели, потом Корделия с большими глазами, Бенио в ванной, и, наконец, это! Эх, а ведь день только начался… Мда, а я думал, что за лето в духе «Миссия невыполнима 2», закончившееся тотальным Песцом для целого сонма различных Богов, уже привык к насыщенным на дни событиям.
В общем, стоит посреди нашей гостиной весь такой красивый Цучимикадо Арима собственной персоной. И естественно всё так же в одних ярко красных трусах. Зря, очень зря я не учел один немаловажный факт: чем сильнее онмёджи, тем больше и сильнее его внутричерепные тараканы. Блин! У меня же было наглядное пособие в виде Корделии прямо под боком, но нет! Я просто смирился с её бзиками и не обращал внимание. Теперь вот имеем странного, но сильнейшего среди онмёджи и не где-то там далеко, а прямо в гостиной! Мда, а я еще Богов странными считал. Нет, они всё еще самые странные существа на моей памяти, но онмёджи начинают стремительно сокращать разрыв. Перед Аримой же, стоит Корделия и настойчиво (!) просит (!) натянуть хоть что-то помимо трусов и очков. Надо ли говорить, что все её просьбы пропали втуне? Бенио же просто пялится на его шикарные длинные волосы, просто чтобы не видеть остального.
— Ну приветик, извращенец. — Фыркаю я, бросая пакеты с едой на диван.
— Кто бы говорил! — Бенио было потянулась за мечом, но вспомнив, что меня так просто не взять, недовольно уселась на место.
— О, Рокуро-кун! Как деляшки? — Заулыбался во весь рот Глава всех онмёджи. «Забыв», а может и вправду забыв, кто их этих онмёджи знает, как я его «бросил» на «произвол судьбы» в лице трех мужиков бандитской наружности.
— Извращенец в труселях, — невозмутимо продолжаю я, разбирая покупки. — Чего явился-то?
— Р. О. К. У. Р. О. Рокуро! — Возмутилась Корделия. — Ты хоть знаешь, о ком говоришь?!
— Знаю, знаю, и поверь, мне от этого не легче.
— Ну что ты, Рокуро-кун! Я здесь по делу, — коварно улыбнулся Цучимикадо своими лисьими глазами.
— Да какое дело, ты скажешь, наконец?
— Ну, я только хотел предупредить вас и Корделию о том, что вы уйдете. Все уже готово к сегодняшнему «событьицу».
— Ч. Е. Г. О. Чего? — не поняла Касуками.
— Я созвал всех высокоранговых онмёджичков. Я расскажу вам всё, когда они прибудут. Я приготовил интересненький сюрприиизик.
Опять он со своими странностями и сюрпризами. Что за праздник сегодня такой? Вроде ничего такого я в календаре не замечал.
— Добро пожаловать в святыню Наруками!
Мы всей такой дружной толпой, а то есть я, Бенио и Арима, стояли перед классическим японским храмом. Куча декоративных дверей, узоров и украшений на своеобразной крыше, каждый этаж огибает дом узкой площадкой с аккуратным ограждением в виде балкончика. Ага, балкончик по всему периметру. Ну-ну. Но меня удивило то, что Цучимикадо повел нас куда-то вглубь, вниз, ПОД храм. Хм, странно. Не знал, что японцы делают под своими святынями секретные ходы. Хотя, кто их знает…
Мы спускались по какой-то лестнице вниз и вниз, пока наконец не вошли в огромный зал, называемый «Залом пяти зеркал неподвижной воды». Ну хоть не «Зал пяти Божеств» и то славно, а то эти не в меру пафосные названия и прозвища меня изрядно так раздражают.
— Ну и куда ты нас привел? — грубо бросаю я, однако с интересом осматриваю помещение, а помещение довольно-таки большое, да и людей в различных одеждах, тут тоже не мало.
— Терпение, Рокуро-кун, терпение… — хищно улыбнулся Арима и куда-то исчез. Нет никого страннее онмёджи в этом мире, ну либо я таких еще не встретил.
Вдруг Бенио окружили какие-то старые подхалимы, которые, по-видимому, и являлись этими «высокоранговыми онмёджи».
— Давно не виделись, госпожа Бенио.
— Рад вас видеть в добром здравии.
— Вы так выросли, госпожа Бенио…
Брр, аж воротит от этих подлиз. Сами ничего путного не добились в жизни, зато подлизываться горазды. Такие лизоблюды вызывают у меня лишь презрительную усмешку. Ладно, отвлечёмся наконец на Главу всех онмёджи, который в этот момент выпрыгнул на небольшое возвышение, видимо, собираясь произнести речь. Слава Офис, в одежде, которая, о чудо, таки скрывала его тело от публики. Представляла же она классический японский вариант монашеского одеяния.
