А что ее муж? Он не был самым искусным в округе механиком, но трудился в самом Cathrach! Крупные красивые руки Лейса, с изящными пальцами и безукоризненно чистыми ногтями, брались за любую обыденную вещь, превращая ее в нечто новое, непостижимое для многих эльфов и — однозначно! — для всех людей, считающих эльфов то богами, то демонами. Лейс мог сделать любые металлическими изделия поистине необыкновенными. Замок сундука с особым, прилагающимся к нему музыкальным ключом, мелодия которого уникальна. «Умную» швейную иглу, которая никогда не потеряется и не уколет швее палец даже без наперстка. Столь же умные серебряные нити для наложения швов на рану: они ускорят заживление и не дадут ране гнить. Ошейник для раба, который невозможно снять или даже подпилить — пока не пожелает сама хозяйка. Маленькие, золотые, разукрашенные цветной эмалью хронометры, которые богатые модницы любят носить вместо украшений, и массивные мужские, покрытые черной эмалью — их дарят своим мужьям и любовникам леди из Благородных Домов. После умелых рук механика такой хронометр стоит в три раза дороже, чем вышколенный боевой конь в богатой сбруе. Пройдут сотни лет — а его ход не собьется ни на песчинку времени.
Лейс уже обзавелся постоянными клиентами, сделанные и обработанные им вещи ценятся, он даже получил право на собственное клеймо мастера — крохотную тисовую ветвь, выгравированную на каждом предмете, что прошел обработку! Прим. авт.: разгадку тисовой ветви знают те, кто читал роман «Право несогласных». Луна присоединится к тисовой ветви несколько позже.
Астор же для начала получила то, что хотела: дом — полная чаша, служанки для черной работы, и для сада, и для дома. Нет, к очагу и пище Астор не подпустила бы никого из них (никто не отменял перспективу яда для опальной леди), но имела возможность разгрузить основное время дня для других дел… Среди клиентов ее мужа стало немало элиты Темных — жриц Ллос, аристократок и их мужчин, так что первый этап своего плана она осуществила относительно легко. Два года ушло на то, чтобы пробиться в обычную прислугу в храме Ллос, а затем подвернулся случай…
Когда Мораг Эльдендааль узнала, кто подал прошение о месте хранительницы библиотеки, она не поверила своим глазам. А куда делась старая хранительница?.. Ну, это вы зря спрашиваете. При реставрации она испортила старинную рукописную книгу, за которую Первая жрица заплатила полвека назад столько, сколько стоило бы строительство пяти небольших храмов Ллос где-нибудь в сельской глуши. Поэтому госпожа Мораг просто вежливо попросила растяпу доесть то, что осталось от раритета. Кулинарный эксперимент закончился не в пользу растяпы. Желающих на открывшуюся вакансию как-то не находилось, а потому Мораг неслыханно удивилась прошению и… подписи под ним.
— Что движет тобой, девчонка? — спросила она, позвав к себе усиленно вытирающую пыль по углам храма Астор и поигрывая перстнями на тонких, но сильных пальцах. — Хочешь мстить мне за мать?..
Астор с достоинством опустилась на одно колено и склонила голову:
— У меня нет матери, госпожа Первая жрица. У меня нет ничего от прежней жизни. Я все забыла. Я хочу все начать сначала.
— А жаль, что не хочешь мстить. Это было бы забавно. Посмотри мне в глаза. Быстро! — отрывисто бросила Мораг, и ее голос, глубокий, властный, был сейчас тих и страшен.
Ослушаться было невозможно. Дуэли взглядов не случилось; леди Эльдендааль умела читать в глазах, в сердцах, в жестах — как в раскрытой книге. Ей хватило нескольких мгновений, чтобы прочесть и постичь все, что Астор так хотела забыть: жестокую нужду и унижение, рваную одежду, холод и голод, брань старших сестер, ярость от бессилия, зависть к тем, кто преуспел лучше. Достойный коктейль, чтобы толкать наверх ту, что так хочет выбиться из грязи… Уже отошла от прошлого, но не созрела для предательства. Стойкая, сильная, злая до любой работы.
Карьеристка.
— Место твое. — Холодно сказала Мораг. — Завтра оденься чисто, приведи в порядок руки и приходи к рассвету. Но помни! Первое: никто не станет учитывать то, что ты леди по рождению. Заслужи. Второе: никто не поручится за твою жизнь, если задумаешь гадость или допустишь малейшую оплошность. Берегись.
Астор Меллайрн упала к ногам в изысканно отделанных самоцветами туфельках; в таких не походишь по деревянным мостовым Cathrach, каблуки застрянут в щелях между бревнами. И не надо думать, из чьей кожи сшита эта обувь… Лучшая подруга Мораг — леди Глоудэйл, а у той есть семейное увлечение — туфельки из кожи тех, кто не угодил: враги, неверные любовники, нерасторопные рабы. Прим. авт.: фамилия Глоудейл хорошо известна читателям «Алмаза Светлых». Все непросто с этой семьей и ее увлечениями…
Тут бы испугаться, да подумать хорошенько — а зачем это все? Но Астор неслась домой как на крыльях. Теперь нужно найти еще и няньку для маленького сынишки, ведь свободного времени будет меньше!.. А следующим ребенком непременно должна стать девочка, да вернется милость Великой Матери Ллос!..
