Она быстро разобрала сумку, но никак не могла придумать, куда положить вещи. Не одежду – ее можно развесить в гардеробе хозяйской спальни, который Самир для нее очистил. Проблема была в книгах и дисках, привезенных с Гоа.
Их было довольно много.
Она беспомощно смотрела на наваленную на кровати гору. Большинство вещей она оставила в отцовском доме, когда ушла к Джошу, и предполагала, что отец избавился от всего этого, когда выгнал единственную дочь. Однако, как оказалось, Черил аккуратно все спрятала, и в приступе ностальгии, о котором сейчас сожалела, Мелисса почти все захватила в Мумбаи.
Она потопала в комнату с музыкальным центром и телевизором, чтобы изучить в ней полки. Большинство книг Самира были глянцевыми изданиями популярных руководств по менеджменту и рекламе. Было также несколько альбомов по искусству и романов. Все выглядело так идеально, что Мелисса задалась вопросом: неужели декоратор интерьеров выбирал книги так же, как и полки? Ее коллекция потрепанных романов в мягких переплетах вряд ли будет уместна на этих полках. И ни одной закрытой полки или лишнего шкафа в комнате. Возможно, они не гармонировали с обстановкой.
Когда она обследовала маленький шкафчик над стойкой бара в гостиной, обнаружила фотоальбомы. Полная безликость квартиры Самира до сих пор ее беспокоила. Ни снимков, ни сувениров, ничего, что напоминало бы дом, а не гостиничный номер. Альбомы, очевидно, лежали здесь давно. Она осторожно стащила их с полки и выбила пыль.
Чихая в облаке пыли, она спрыгнула со стула, на котором стояла, и стала рассматривать альбомы. Много старых снимков Самира в детстве, смирно стоявшего рядом с родителями на берегах озера. Задувающего свечи на именинном торте, высотой почти с него. Игравшего в крикет, вместе с компанией таких же маленьких и серьезных друзей.
Второй альбом был посвящен одному отпуску, лет шесть-семь назад. Самир выглядел совсем молодым и беспечным. Фотографии были почти все сделаны в Греции и Италии, куда он поехал с двумя друзьями своего возраста. Один выглядел смутно знакомым, и, приглядевшись, Мелисса узнала Викаса Калкарни, того циничного на вид человека, которого сначала встретила на вечеринке Приянки, а потом – в художественной галерее.
– Что-то ищешь? – раздался сзади голос Самира, испугав ее настолько, что она едва не уронила альбом.
– Или просто выискиваешь что-то? – спросил он с деланной беспечностью, но враждебные нотки в его голосе было невозможно пропустить.
– Выискиваю, – весело ответила она, поднимаясь. – Надеюсь, ты не слишком похож на Синюю Бороду? Это единственный шкаф, содержащий хоть что-то интересное.
– Я и забыл о них, – кивнул Самир в сторону альбомов. – Господи, какой компанией лузеров мы были!
На фото все трое мужчин стояли перед Парфеноном в нарочито дурацких позах.
– Не знаю… по-моему, классный снимок. Вы были такими крутыми! В стиле молодежной группы.
– В противоположность моему нынешнему мужественному виду? – спросил он, вскинув брови. Взял у нее альбомы и положил в шкафчик.
Напряжение покинуло его лицо. Сейчас он выглядел почти расслабившимся. На щеках темнела пробившаяся к вечеру щетина, плечи выглядели еще шире обычного в строгой рубашке хорошего покроя. Он был прав: в нем ничего не осталось от мальчика.
Чувствуя, как сохнет во рту от желания, Мелисса поспешно отвела взгляд от его совершенных плеч и от еще более совершенного тела.
– Верно… в противоположность твоей нынешней старческой внешности, – сказала она. – Какая жалость, что я пропустила твои лучшие годы.
– Я не слишком расстроен из-за этого, – торжественно заверил он. – Возможно, тогда ты была в начальной школе, а меня арестовали бы за развратные действия с детьми.
Мелисса рассмеялась и с любопытством взглянула на альбомы до того, как он закрыл дверь шкафчика.
– Как насчет твоей подружки… Шивани… нет, Шалини. Почему ее нет на снимках?
– Потому что, Эйнштейн, ее не было вместе с нами в том отпуске, – пояснил Самир.
Он казался совершенно спокойным, и Мелисса осмелилась на второй вопрос:
– Какой она была?
Самир пожал плечами:
– Хорошенькой. Невероятно ленивой. И твердым орешком.
Мелисса наморщила нос.
– Кажется не слишком привлекательной, – сказала она. – Конечно, ты можешь быть предубежденным. Потому что она бросила тебя.
– Вполне возможно, – согласился Самир.
Но он, казалось, не слишком обращал внимания на ее слова. Только смотрел на нее. Так пристально, что она покраснела и замолчала.
– Я уже говорил, что скучал по тебе? – спросил он наконец. И голос, и слова обжигали. Пытаясь говорить, как можно небрежнее, она кивнула:
– Говорил что-то…
Его глаза слегка блеснули. Он придвинулся ближе:
– И…
– И… ну, конечно, это вполне естественно. Тебе стало немного одиноко в этой большой старой квартире…
Она осеклась и неприлично громко взвизгнула, когда большая теплая рука сжала ее талию. Самир схватил ее в объятия.
Он понес ее в спальню, но резко остановился и спросил:
– Черт возьми, что случилось с кроватью?
Мелисса заглянула ему за плечо и хихикнула.
