Милава вновь бросила обеспокоенный взгляд в окно. На сердце поселилась легкая тревога, но говорить она ничего не стала. Зачем заранее беду кликать?
А тем временем высоко в горах…
Падение оказалось неожиданно стремительным, все закружилось перед глазами, оставив в памяти только впечатление о смазанном вихре. Задохнувшись от неожиданности и испуга, Надя резко зашипела, рухнув на плотный снег. Падение оказалось неудачным — девушка ощутила боль в повернувшейся ноге.
— Что с тобой, Спутница?
Плюхнувшийся рядом Февраль тут же обеспокоенно обернулся к ней.
— Ч-что это? Мы провалились под снег?
Силясь сдержать лавину страха, девушка заставила себя не думать о боли. Профессионал в ней требовал прежде разобраться с ситуацией. Обводя взглядом окружающее пространство, непонимающе моргнула.
— Это же… снег?
Сероватая рыхлая масса под ними, и вокруг, насколько хватает взгляда. Свет проникает немного, с трудом рассеивая сероватую мглу. Протянув руку, коснулась холодной поверхности, желая ощутить привычную хрусткость. Но… Первое, что удивило — нет характерного обжигающего ощущения прохлады. И на ощупь плотная основа была больше похожа на…
«Пенопласт», — откликнулось сознание аналогией из родного мира.
— Гм… — Феликс ловко поднялся, мигом оказавшись на ногах. Он со странным вниманием рассматривал свои ладони. Одна его рука сжимала посох Месяцев. — Не совсем. Что-нибудь повредила?
— У меня вывих, — скрывая боль, призналась Надя. Спасатель в ней больше волновался о другом. — Но сейчас важнее разобраться, куда мы свалились. Если под снег, то на болтовню времени нет — может закончиться воздух.
— Спутница, тебе больно?
Феликс как-то очень плавно шагнул вперед и присел прямо перед Надей. В сероватом свечении ямы она отметила задумчивое недоумение, что преобразило лицо мужчины. Месяц не казался напуганным, скорее удивленным. Очень удивленным! Присев на корточки перед девушкой, он обхватил девушку за плечи и слегка переместил, устраивая так, чтобы снизить давление на пострадавшую ногу.
Даже от этого осторожного движения, на глазах Нади навернулись слезы — тело прострелило импульсом боли. Но, упрямо прикусив нижнюю губу, она заставила себя думать о спасении. Провалиться под снег — опасно! И пусть Февраль — зимний Месяц, сильнейший маг, но даже в сказочном мире ею управляли, выработанные годами работы спасателем, инстинкты.
— Мое состояние сейчас не самая главная наша проблема. Важнее разобраться с тем, как вернуться на поверхность, — немного натужно выдавила она. — Нужен какой-то острый предмет, в идеале нож или лопатка. Но за неимением его будем действовать руками. Времени мало — запасы воздуха не безграничны, мы должны выкопать лестницу в стене и попытаться выбраться наружу. Это же снег, да?
Надя действовала по инструкции, думая о спасении. Но какая-то мысль мешала, никак не давая поверить в эту надежду. Ведь этот способ реализуем, если яма земляная или снежная…
— Вы копайте верхние ступеньки, я — нижние.
Перед глазами все плыло — с таким трудом давались девушке слова, травма оказалась крайне болезненной. Но она заставляла себя держаться, упорно бубня и понимая, что время играет против них.
— Надя?
Кажется, Февраль впервые так назвал ее.
Прохладная ладонь мужчины успокаивающе погладила щеку Спутницы. Он с неожиданным вниманием всматривался в лицо девушки, словно бы мог найти там ответы на все вопросы.
— Надя? — снова позвал, вынуждая оборвать нервный монолог. — Успокойся. Лестница не поможет. И это… не снег. Скажи, очень больно?
Не снег! В тот же миг Надя поняла, что и сама не верила в такую вероятность. Ее именно это и смущало — отсутствие всякой материальности в окружающих серых стенах. Словно из ваты они…
— Я справлюсь. — Скупо кивнув, резко выдохнула и смахнула с глаз предательские слезы. Отчего-то за них было особенно стыдно. Она же профессионал, это ее задача спасать, а не сидеть тут обузой! Еще и истерику разводит. — Но где же мы? Это… ловушка, да? Абрахсис?
Феликс неодобрительно качнул головой, взгляд его стал обеспокоенным и одновременно суровым. Голос прозвучал строго.
— Спутница! Не о том ты волнуешься. — Отложив в сторону посох, Месяц наклонился к девушке, с явным намерением осмотреть ее ногу.
Надежда инстинктивно, стремясь уклониться от изобличающего осмотра, дернула ступней, и тут же зашипела от прострела боли. Перед глазами все поплыло, голова закружилась. Сцепив зубы, она усилием воли не позволила слабости подчинить себя. Феликс, все это время всматривающийся в лицо Спутницы, аж ладонью о бедро хлопнул.
— Тебе же очень больно! Я вижу.
— Д-да, — уже не имея сил совладать с рыданиями и смирившись с ручейками хлынувших слез, просипела девушка. — Это вывих. Я… прости, боюсь, со мной будут проблемы.
Февраль хмыкнул: неплохо для разнообразия.
— Что ж, я давно никому не помогал. Самое время начать.
Его ладонь медленно опустилась на пострадавшую ногу. Приподняв подол теплой юбки, Февраль осторожно стянул сапог и принялся ощупывать уже явственно распухшую лодыжку.
