Иногда в нашей обычное жизни происходит что-то, чему нет рационального объяснения и переворачивает все с ног на голову, меняет отношение, порою, способтвует принятию судьбоносных решений. В этом сборнике представлены рассказы, в которых присутствует мистическое начало. Но кто может доказать, что мистика не есть реальность? :)
Дверь.
Это была самая странная услуга за всю ее жизнь, которую ей предложили: на Центральной площади города сидел на корточках молодой человек, внешне смахивающий на что-то среднее между повзрослевшим Гарри Поттером и Сумасшедшим Шляпником из «Алисы в стране Чудес», рядом с ним возвышался дверной проем с дверью, на которой красовалась надпись: «Если ты решил изменить судьбу – открой меня и зайди. Хранитель закроет за тобой пути назад».
- И что, сработает? – Полина недоверчиво сморщила носик и улыбнулась. - Или Уэллса рекламируете?
- Пока никто не жаловался, - парень говорил глухо и неэмоционально. - Уэллса рекламировать не надо.
- А стоит это удовольствие?...
- Цена на усмотрение клиента.
Она просто чувствовала, как в ней это растет, с каждым часом, да что с каждым часом – минутой, мгновением. Это ужасало. Потому что было неотвратимо и неизбежно. Инородное тело, внедренное в ее жизненное пространство.
Наверное, надо было бы относиться по-другому. У нее были подруги, которые просто сходили с ума от своего «интересного положения», а вот она так не могла. Почему нет такого рычажка – нажал и переключился, воспринимаешь свое состояние адекватно, согласно принятым нормам: радуешься, присматриваешься к детским вещичкам, трещишь безумолку про любовь к новорожденным… Нана же с содроганием представляла, что внутри нее поселился кто-то маленький и прожорливый, он поглощает ее клетки, забирает питательные вещества, чтобы расти, паразитирует на ее организме.
Лука достал из шкатулки кисти и краски. Педантично разложил это все перед собой на столе. Прислушался к внутреннему состоянию, и только потом извлек несколько листов бумаги. Вгляделся в ровную белую поверхность. Помявшись, будто перед кем заискиваясь, вытащил простой карандаш. Проверил его остроту кончиком пальца, решил немного подточить…
Лука понимал, что он просто тянет время, что он соблюдает придуманный когда-то давно ритуал, не отступая ни на шаг. Но и не продвигается вперед тоже… Это была проблема. Он хотел об этом поговорить. Записался на прием к психотерапевту. А потом не пошел. Ну, что бы ему посоветовали?
А если представить возможный разговор, то вообще получался полный неадекват:
«- Расскажите, с чем вы пришли?
- Я хочу нарисовать шедевр!
- Написать шедевр?
- Нет. Пишут рассказы, романы, повести, полотна. Я тонко чувствую разницу, поймите…» - и ушли в сторону от основной проблемы. Но если допустить такую мысль, что не ушли, получается не лучше:
«- Расскажите, с чем вы пришли?
- Я хочу нарисовать шедевр!
- Так рисуйте, воплотите мечту в жизнь.
- Я не умею рисовать…»
Полина хотела конкретики. Парень отвечал обтекаемо и неполно. Ее обуревали чувства, а он плавал в волнах своего воображаемого мира.
- Где доказательства того, что я заплачу тебе деньги, и получу то, чего хочу?
- Я не могу тебе их дать.
- Тогда откуда ты знаешь, что твоя дверь открывает передо мной изменения в моей судьбе?
- Уже одно то, что ты хочешь войти в эту дверь, доказывает это. Человек, если он готов к изменениям – действует, если не готов – ищет причины и оправдания.
Полина нахмурилась. Она была уверена в своих силах и себе, но демагог из нее был никудышный. Аргументы противника ее не убеждали, но опровергнуть их было тяжело.
- Тогда пусть человек сам все и меняет, зачем эта дверь?
Парень меланхолично пожал плечами:
- Символика.
- А ты – хранитель? Зачем тогда охранять? И чего? Другие пространства?
- Нет. Хоронить прошлое. Человек уходит вперед к изменениям, а я охраняю, чтобы прошлое не вернулось.
- Бред! – Полина сердито развернулась на каблуках и пошла по площади. Потом резко остановилась, подумала, вернулась обратно.
- Ты – псих, да? Придумал себе идею и поверил в нее. И еще пытаешься убедить других?
- Нет. Я никого не убеждаю. Просто ты сама не готова что-то изменить, поэтому ищешь оправданий.
Нана краем глаза увидела ссору. Подумаешь, двое влюбленных, очередной раз устраивают проверку своих чувств. Поссорятся-помирятся. А не помирятся – разбегутся. Все просто, если со стороны. На деле же – гораздо труднее.
Гинеколог из консультации сказала, что у Наны все в порядке. Другую бы эта новость обрадовала, а Нана огорчилась. Если бы было хотя бы маленькое подозрение, что что-то идет не так, это можно бы было сделать причиной и… Оправдать себя.
Третий месяц. Критический срок. Либо туда, либо обратно. Она хотела обратно. Но как объяснить это окружающим? Марку? То-то и оно…
Лука похрустел пальцами, сделал массаж фаланг. Потом, наконец, взял карандаш и провел по листу пару линий, всмотрелся… Нет. Глухо! Увиденное не вызвало никакого отклика в душе, никаких ассоциаций. Просто неловкие штрихи, которые мог нарисовать любой ребенок. Лука едва не заплакал от бессилия. Смял листок. Выбросил его в корзину для мусора. Подошел к окну.