Но это не значит, что её нет. Это значит, что мы того или иного символа просто не видим, а не видим потому, что нам на него не показывают. А другие символы мы видим и видим именно потому, что государство (когда родное, а когда и чужое) потыкало пальцем в нужную сторону, мы туда глянули и - увидели. Да тут же увиденное и запомнили накрепко, символ на то и символ, чтобы, будучи один раз увиденным, застрять в нашей голове навечно. Однако, прежде чем застрять, символ должен быть создан, это очевидно. Ну вот всем нам известная фотография "Знамя Победы над Рейхстагом":
Это как раз такой случай - можно написать и прочесть многотомную Историю Великой Отечественной Войны, можно снять и пересмотреть кучу фильмов, написать и перечитать груду художественной и мемуарной литературы на "военную тематику", или, другими словами, можно создать в общественном сознании некое "полотно" с нарисованным-снятым-написанным-проговоренным образом войны, а потом, по мере надобности, к этому образу "взывать", вызывая у народа нужную вам реакцию. Когда гнева, когда скорби, когда гордости. Но полотно это ещё не всё, полотно это только полдела, помимо самого полотна вам нужен ключик. Золотой. Вам нужен символ. А поскольку ключик этот должен быть универсальным, то-есть понятным каждому и понятым каждым, то такой ключик лучше назвать отмычкой.
Символ как золотая отмычка.
И нужна она будет вам вот почему - когда вы при помощи уже имеющегося у вас полотна под названием "ВОВ" захотите вызвать в народе добрые или какие другие чувства, то вам придётся народу "напомнить" о войне, вам придётся заставить народ "водить по полотну носом", так вот отмычка позволяет вам этим хлопотным делом вновь и вновь не заниматься, достаточно показать народу символ и всем сразу всё-всё понятно, поскольку символ, в данном случае чёрно-белая фотография "Знамя Победы над Рейхстагом" вмещает в себя всё, что было нарисовано-снято-написано-проговорено о Великой Отечественной Войне за последние семьдесят лет. И это ещё не всё. В определённом смысле символ гораздо "богаче" самого полотна, так как символ это "вещь в себе", символ это "сокровище, которое вмещает в себя всё", в том числе и то, что невозможно выразить изобразительными средствами или жалкими человеческими словами, символ не только гораздо "глубже" самого полотна, но символ ещё и гораздо реальнее фактов.
Реальность символики реальнее реальности людей.
Отсюда понятна ценность символа в глазах государства. И за обладание символом государству ничего не жалко отдать. А силу символу даёт победа. Победа одного государства над другим. И победа же позволяет победителю отнять силу у другого государства, и первое, что делает победившее государство - это подвергает поруганию чужие символы. А символы вмещают в себя всё, помните?
Вот мы заговорили о культуре и об искусстве войны и символике войны в контексте культуры. Всё это взаимосвязано, тот, кто лучше понимает, что такое война, тот лучше понимает и значение символов. Трудно переоценить значение символа "взятие Берлина". Это как подведённая под войной черта. Можно ли было обойтись без "взятия"? Ну, с точки зрения чисто военной целесообразности, наверное, можно было. И это позволило бы даже сохранить какое-то, допускаю, что немаленькое, количество жизней. Но при этом был бы потерян символ Победы. А символ живёт своей собственной жизнью. И если вы думаете, что только некое "тоталитарное государство" способно приносить человеческие жизни в жертву символу, то вы ошибаетесь. Символ слишком большая ценность, чтобы государство позволило себе пренебрегать им. Раз уж мы оказались в рамках полотна Второй Мировой, давайте задержимся там ещё на минутку, сеанс с разоблачением это всегда интересно, а поскольку у Аркадия Аполлоновича совести нет совсем, то на его чувства мы внимания обращать не будем, пусть получит зонтиком по голове.
Никто (кроме Черчилля, которому в утешение дали бутылку коньяку) не оспаривал права Сталина на взятие Берлина. СССР кровью оплатил право на символ, который и по сегодня является одним из краеугольных камней русского самосознания. Россия победила в Великой Отечественной Войне. Но, отдав один символ России, "союзники" оставили за собой право на другой. Дело в том, что в их картине мира Великая Отечественная Война была частью мировой войны и в реальности они воевали не с одной Германией, а с "континентом", а у "континента" кроме тела, "Берлина", была (и остаётся) ещё и душа. Называлась (и называется) она "Ватикан". И отдав Сталину тело, американцы с англичанами оставили за собою душу побеждённой Европы.
