Там, на высоте, величественно царило Поднебесье. Когда Рен была маленькой, его существование казалось ей настоящим чудом – и это ощущение только усилилось, когда она познакомилась на лекциях с теми магическими приемами, с помощью которых семье Прокторов удалось построить в небе целый городок величественных зданий. Как оказалось, сложнее всего было поднять в небо Бальмерикскую академию. Он проявил упрямство – многие годы магических практик в его стенах привели к тому, что здание обрело какое-то подобие сознания. Выяснилось, что ему нравится стоять в Нижнем городе, – и на то, чтобы с помощью преобразующих истину заклинаний убедить каждый камень, что небо – это на самом деле земля, были брошены усилия целого отряда магов. Услышав об этом, Рен с удовольствием представила, как заклинатели долгие часы и дни только и делали, что врали камням.
– Не зевай, милая.
Рен вздрогнула. Пока она витала в облаках, перед ней образовался разрыв в очереди. Собираясь извиниться, она взглянула на обратившуюся к ней женщину – и вдруг узнала ее.
– Тетя Слоун.
Не настоящая тетя, естественно. Как и сама Рен, ее мать была единственным ребенком в семье. Но в их квартале – а может быть, и во всем Нижнем городе – было принято называть соседей тетями и дядями. Все соседские дети называли друг друга братишками и сестренками, – во всяком случае, до тех пор, пока не начинали флиртовать друг с другом и по-тихому целоваться в укромных уголках двора. Тетя Слоун жила на третьем этаже. Она работала в порту.
– Младшая Монро, – сказала она. – Как мать?
– Хорошо. На здоровье не жалуется. Крепкая, как железный лом, и все такая же упрямая.
Слоун рассмеялась.
– Ну еще бы. Как это неудобно, что смены у нас теперь не совпадают. Давненько мы с ней не играли в «Вельмож». Агнес неплохо играет, да с ней и просто поболтать приятно. Очень жаль, что она теперь совсем одна.
«Вельможами» называлась карточная игра, которую любила ее мать. В ней применялось семь мастей, а побеждал, как правило, тот игрок, который больше всего жульничал. От Рен не укрылся второй смысл, который вложила в свои слова тетя Слоун, но она сочла за лучшее промолчать и сохранить сдержанный и вежливый тон.
– Я передам, что вы про нее спрашивали.
Слоун кивнула:
– Очень мило с твоей стороны отстоять очередь за нее.
Она указала на браслет, охватывавший запястье Рен: простое кольцо из металла драконьей ковки. В глубине тусклого, почти черного металла вспыхивали и гасли язычки темного пламени. Этот браслет отец Рен подарил ее матери на свадьбу, сказав при этом, что его будет носить женщина, никогда и ни перед кем не склонявшая головы. «А внутри ты видишь отблеск того огня, что ты зажгла во мне», – добавил он.
– Мои мальчики, – продолжала Слоун, – не могут себе такого позволить. Слишком заняты: нашли себе работу в мастерской Пекеринга. Нужно добывать хлеб насущный. Ты же понимаешь, милая. Или понимала до того, как переехала на облака к своим… ученым занятиям.
А, ну вот и добрались до главной темы сплетен всего их квартала. Рен была в курсе, что их соседи единодушно недоумевали, каким образом ей удалось попасть в такое престижное учебное заведение, как Бальмерикская академия. Какой же козырь прятала в рукаве семейка Монро? В глаза они всегда ее хвалили, но ей было известно, о чем они толковали за ее с матерью спинами: «Наверх лезет девчонка. Как бы не расшиблась – падать-то придется высоко».
Очередь сдвинулась с места. Рен воспользовалась представившейся возможностью завершить разговор. Прилежно глядя в спину стоящего впереди человека, она дождалась своего часа. Перед ней распахнулись двойные двери приземистого здания, служившего единственной и совершенно особой цели.
Сидевший за столом государственный служащий смерил Рен быстрым, но профессионально-цепким взглядом и приветствовал ее почти незаметным кивком. Волосы у него были зализаны назад.
– Сосуд?
– Мне нужно наполнить два, сэр. Один мой, а второй принадлежит моей матери.
Она сняла с запястья материнский браслет и положила его на стол, затем достала из петли на поясе ее собственный магический жезл. Он был выполнен в виде подковы с заостренными концами и короткой простой рукоятью в середине. Жезлы такой формы позволяли точнее нацеливать заклинание и рассчитывать его дальность. Для Рен это было очень важно, поэтому она и выбрала именно это вместилище для своей магии.
Чиновник пробежал глазами по обоим предметам.
– Зарегистрированы на Агнес Монро и Рен Монро.
Он провел пальцем по списку имен. Рен хорошо знала, каким будет его следующий вопрос.
– А что с Роландом Монро?
