Но вот отряд достиг горной впадины и, пролетев ее, будто пущенный из пращи снаряд, оказался в широкой округлой долине, очень похожей на ту, что предваряла вход в королевство Серебробородого. Взмыленные лошади, не привыкшие к такой гонке, тяжело дышали, пена хлопьями срывалась с их морд, оседая на бедрах и сапогах всадников. Впереди темнели гранитные створки наглухо запертых широченных ворот, обрамленных целой вереницей угловатых выступов. Мастера Морингарда превратили почти пятьдесят метров горного склона в оборонительный рубеж, выгладив скалу практически до зеркального состояния.
Первые ряды вражеских всадников уже ворвались в долину, когда отряд Дагны пересек черту в полтысячи шагов. Вскинув руку и притормозив, дварф, затаив дыхание, не отрываясь глядел на черные провалы узких бойниц, ожидая первых предупреждающих стрел.
«Ну же! – беззвучно кричал он. – Сделайте же хоть что-нибудь, раздери вас Всеотец!»
Но ничего не произошло. Ни одна стрела не полетела со стен навстречу незваным гостям. И створки остались по-прежнему недвижимы. Лошади захрипели, заржали, задыхаясь, когда шпоры снова впились в их раздувающиеся бока.
Четыреста метров.
- Вил! – надсаживаясь заорал Дагна. – Труби! Труби так, чтоб тут оползень начался!
Барон сорвал с пояса отданный ему дварфом рог Аргайлов и задул в него, что было мочи, покраснев от натуги. Высокий, звонкий глас боевого рога заглушил грохот копыт и взвился в небо, подобно яркой, неудержимой птице.
Триста метров.
- Еще! – ревел дварф. – Еще!
Пустые бойницы и закрытые Врата были ответом на отчаянный зов рога.
Двести метров.
Рядом с Дагной в валун клюнула арбалетная стрела прилетевшая сзади.
- Рассыпаться! Зигзагом! – скомандовал дварф, уводя лошадку влево.
Стрелы посыпались гуще, но мощи оружия не хватало, чтобы поразить отчаянно лавирующие цели. Пока не хватало. Впереди был лишь гладкий гранит ворот Морингарда. Сейчас их прижмут и не спеша, с комфортом перестреляют, как куропаток на ярмарке.
Сто метров.
Пятьдесят.
Вот и всё.
Раздалось жалобное ржание и лошадь мэтра Уолерта рухнула как подкошенная, с торчащей между ребер стрелой. Старый алхимик кубарем покатился на камни и замер. Дагна грязно выругался и, резко развернув своего конька, рванул к упавшему ученому.
- Командир! – истошно вскричал Минус, осаживая скакуна.
- К Вратам! Живо! – проревел дварф, спрыгивая на землю и хлопком ладони прогоняя свою лошадку прочь.
Подскочив к алхимику, Дагна едва успел подставить щит, по которому тут же забарабанили стрелы, крутясь и разлетаясь в разные стороны.
Крепко ухватив мэтра Уолерта за ворот шубы, дварф потащил его к Вратам. Остальные укрылись, как могли, за рассыпанными вокруг большими валунами.
- Ну же! – заорал он. – Открывайте, сукины дети! Открывайте сейчас же, во имя Зерора!
- Командир! – закричал Фред, посылая стрелу за стрелой во всадников, без надежды поразить закованных в латы воинов.
- Вы не хадар! – взревел Дагна, заслоняя щитом старого ученого и глядя на мертвую тишину Внешних Врат, мелко дрожа от переполнявшего его гнева и бурлящей ярости. - Слышите? Я видел, как умирают первородные! Они не подыхают от жалкой чумы в луже собственных нечистот! Они не забывают заветы Зерора!
- Дагна! Они не откроют! Они все мертвы! – прокричал Вильямина, сверкая глазами. – Дадим бой! Прихватим с собой, сколько сможем! Ничего уже не поделать!
- Вставайте, хадар Морингарда! – голос дварфа загремел так, что у ближайших к нему людей заложило уши. – Вставайте и бейтесь! А нет, так я, Дар’Наг, гардур Дренг-ин-Дара и его последний двергурим, буду биться вместо вас за Морингард!
Дагна положил мэтра Уолерта за большой скальный осколок и выхватил топор, без страха выходя навстречу врагу.
- Окс двергур! Двергур хадад! – взревел дварф.
И тут раздался гулкий, низкий каменный стон. Дагна в изумлении обернулся и увидел, как над Внешними Вратами, подобно огромным пастям, открываются широкие ниши.
- Окс двергур! Двергур хадад! – донесся до него слабый, но полный ярости и решимости крик, а затем воздух прорезал резкий стальной звон и из темных зевов во всадников полетели десятки, сотни толстых стальных игл.
Взрывая каменистую землю, снаряды вонзались даже в камни, раскалывая их на части. Авангард всадников, попавших под этот обстрел, убило мгновенно вместе с конями. Несмотря на латные доспехи, летящие стержни прошивали насквозь сразу двоих-троих, не оставляя им ни единого шанса. Люди отчаянно метались, в попытках найти укрытие или ускакать от этого смертоносного ливня, но попытки их были тщетны. Через полминуты поток игл прекратился, засыпав стальными стержнями полосу шириной в сотню метров и длиной почти в полтора раза больше. Спаслись лишь те, кто не успел попасть в зону поражения.
Товарищи Дагны ошалело смотрели на то, как, оставив в долине перед твердыней дварфов больше половины воинов, их преследователи, развернув коней, поспешно бежали прочь от чудовищных машин Морингарда.
- Гардур Дар’Наг! – раздался хриплый, булькающий голос.
