Какое-то время новоприбывшие люди подходили к столу с клерком, записывались и получали свои номера, а затем, когда поток новобранцев иссяк, служащий быстро заполнил несколько листов пергамента и передал его графу Аргайлу.
— Господа виконты, прошу подойти ко мне!
Десять человек в полном боевом облачении приблизились к графу и склонились в поклонах.
— Разбирайте бойцов!
— Будет сделано, милорд Аргайл! — они разошлись широкой редкой цепью вдоль площади.
— Стройся! — гаркнул адъютант графа. — Сейчас господа виконты будут называть номера, которые записаны первыми на ваших жетонах! Когда слышите свой номер, отправляетесь к назвавшему! Все ясно?
Нестройный гул согласия прокатился по толпе.
Распределение прошло не без курьезов, ибо далеко не все умели читать, однако уже к трем часам пополудни толпа превратилась в десять более-менее равных групп в сотню человек, каждая из которых скучковалась около своего командующего.
Оказавшись в сотне виконта Агмунда, Дагна уже не мог видеть и слышать, что происходит в соседних подразделениях. Теперь пошло назначение временных десятников.
— Сэры Гаван, Алмерих, Галерн, Нокрет, Римус, Дарен, Микобат, Рокар, Вильямин и Кармол! Поздравляю с новыми должностями!
— Благодарю за высокое доверие, господин виконт! — рявкнуло десять глоток.
Агмунд повернулся к воинам, среди которых стоял и дварф.
— Воины, все, то же самое, что при начальном распределении, только теперь смотреть на второй номер на ваших жетонах!
Происходило новое перестроение, десятники занимались выстраиванием своих солдат.
— Девятый! — выкрикнул тот самый рыцарь, что перепутал Дагну с работником трактира и, увидев, среди прочих, нехорошо осклабился. — Где моя лошадь, дварф?
«Вот ведь угораздило меня. Полная глина…»
***
— Значит так, бойцы, я барон Вильямин Вальян, ваше высокое начальство с недавних пор! А потому закройте рты и слушайте внимательно, буду говорить лишь один раз! Обращаю ваше внимание, дисциплина — это первое! Беспрекословное исполнение приказа — закон! Никогда не забывайте, что перед вами дворянин! Так-так…
Он подошел к Дагне. Пару секунд они сверлили друг друга глазами. Причем оба смотрели друг на друга сверху вниз. Барон был молодым атлетически сложенным человеком с коротко остриженными черными волосами. Старые тщательно начищенные латы, меч-бастард в потертых ножнах на поясе и выцветший щит, украшенный, судя по всему, родовым гербом — белым драконом, раскинувшим крылья на фоне когда-то синего неба — явно принадлежали еще его деду, судя по фасону.
«Додуматься надо целый день провести в доспехах, — подумал Дагна, разглядывая рыцаря. — Типичный выскочка из обедневшего дворянского рода, стремящийся добыть своей собственной славы. Сколько таких же высокомерных мальчишек я повидал под Гвадлоном, сколько их осталось лежать в поле на поживу воронью».
— Я задал вопрос, дварф.
— Я не твой оруженосец, сэр рыцарь, — проворчал Дагна.
— Да как ты смеешь, чернь! Ты мой подчиненный! Палок захотел? — лицо барона от гнева пошло красными пятнами.
— Сэр рыцарь, при всем уважении, — дварф сделал акцент на последнем слове. — У меня была весьма скверная неделя и я, не стану скрывать, только и жду, чтобы кто-то, шлак, дал мне повод.
— Пойдешь под трибунал! — прошипел барон Вильямин, стиснув рукоять меча.
— Валяй, — Дагна достал из-за пазухи трубку и принялся набивать ее табаком из кисета на поясе. Чиркнуло кресало о кремень, высекая искры на кусочек трута, которым дварф прикрыл табак.
Барон настолько опешил от подобного, что не нашелся, что сказать. Вместо этого он хватанул дварфа по лицу коротким стеком для верховой езды.
Дагна перехватил его запястье в полете, не переставая раскуривать тлеющий табак, и сжал пальцы.
Послышался скрежет сминаемой стали. Дагна сверкнул глазами и усилил хватку, выпуская изо рта густой клуб дыма. Крага старой латной перчатки не выдержала столь чудовищного давления и согнулась до самого наруча под ней.
— Послушай ты, рыцаренок засратый, если еще раз вздумаешь замахнуться на меня, то бери сразу меч и бей наповал. Другого шанса у тебя не будет.
— Ах ты наглый гномяра… — аж задохнулся от возмущения барон.
— Смирно, канальи! Ополоумели? Виконт узнает — шкуры спустит! — к Дагне и барону чуть не подлетел адъютант виконта Агмунда.
Дагна нехотя, но все же разжал руку.
Вильямин, сморщившись, сделал шаг назад, тщетно пытаясь снять покалеченный элемент брони.
— Встать на марш не успели, а уже драка? — процедил он, переводя строгий взгляд с одного на другого. — В чем дело?
Вильямин смерил дварфа полным презрения взглядом.
— Этот солдат посмел дерзить мне! Мне — потомственному дворянину! Я не потерплю вольностей в вверенном мне подразделении! — заносчиво ответил он адъютанту.
— Что скажешь на это, долгобородый? Что ты не поделил с бароном?
Дагна усмехнулся было, но, заметив суровый взгляд адъютанта, кашлянул и продолжил раскуривать трубку.
— Не о чем говорить, сэр. Недопонимание.
Адъютант, раздраженно проведя рукой по волосам, с шумом втянул воздух и, уже взяв себя в руки, проговорил.
