Двери миров полностью

Александр Парнас

РАЗРУШИТЕЛИ ИСТОРИИ

«Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Иоанна 15:13).

Книга вторая ДВЕРИ МИРОВ

1. ШКОЛЬНЫЕ БУДНИ

Стояли тихие прозрачные весенние сумерки. Безоблачное ночное небо только-только зашлось белыми горошинами звезд. Полярная Звезда сверкала над горизонтом, словно маленькое солнце, освещающее бархатную синь небес. Луна в виде выеденной горбушки хлеба заглядывала Юрке в окно, разливая серебряный свет своих лучей по всем уголкам его комнаты. Он специально не занавешивал шторы, потому что любил засыпать под это волшебное таинство ночи.

Юркина мама тихо шла по коридору по направлению к комнате сына, чтобы пожелать ему спокойной ночи. И тут весь дом неожиданно наполнился ее паническими криками. В дверях, на жердочке, приколоченной Юрой, висело вверх тормашками огромное белое животное, спросонок замахавшее здоровенными крыльями перед самым ее носом.

Юрка вскочил с постели и включил свет. Его мама с растрепавшимися волосами стояла подле дверей, с ужасом глядя на Фобло-Боу, в страхе свалившегося со своего насеста. Из другой комнаты подоспел отец. Он стоял в растерянности и не знал, что предпринять, чтобы успокоить свою супругу.

Юра в пижаме подскочил к родителям. Он выражал полную готовность всеми правдами и неправдами защищать своего домашнего питомца.

- Опять? – простонал отец, Алексей Богданович, мягкий, слабохарактерный, местами легкомысленный, но порой очень строгий человек.

- Сколько это может продолжаться? – Возмущенно проговорила мама Юры, Светлана Николаевна.

- Вот и я этого тоже никак не пойму. Сколько же уже можно бояться Фобло? Уже год прошел!

- И что будем делать? – промолвил нерешительный Алексей Богданович, для вида уперев руки в бока. Ему хотелось действовать так, чтобы не обидеть ни жену, ни сына.

- Мам, почему бы тебе желать мне спокойной ночи не посреди ночи, как ты это обычно делаешь, а чуть пораньше? Когда у меня еще свет включен, - предложил Юрка и состроил по-детски невинное лицо.

***

Наутро, в школе, друзья вели оживленную беседу насчет предстоящих проверочных работ. Они давно уже жили своей обычной подростковой жизнью, будто бы ничего и не случилось год назад. Такое, наверное, возможно только в детстве.

- Не представляю, как меня аттестуют. Сложно было нагнать всю вашу программу за год. Хорошо еще, что вы переправили сюда все документы по моей успеваемости. Только они тут все равно не особо работают. Обучение было иное, и оценивали нас иначе, соответственно. Да и предметы другие. Я как будто из-за границы приехала, - вздохнула Джессика.

- Скорее уж, с другой планеты, - хмыкнул Генка.

- Мои новые родители, конечно, решают этот вопрос. Не без помощи подпольщиков. А с вашей историей у меня вообще беда, - продолжала Джессика.

- Ничего, подпольщики все уладят. Они умеют, там связи. Скажут, что ты иностранка, или что-то еще придумают. Может, и на летнее обучение отправят, чтоб успела какую-то программу подтянуть, - успокоил ее Генка.

Джессику как раз неделю назад удочерила одна уважаемая семья, давно уже мечтавшая о взрослом, умном, талантливом не по возрасту ребенке. Ясень же, вопреки своим желаниям, обречен был расстаться со своей воспитанницей. Но все посудили, что для девочки так будет лучше.

Какое-то время они с Джессикой жили в подпольной организации временщиков. Те приняли гостей радушно и сразу предложили Ясеню работу. Его знания были им очень полезны. А теперь Ясень остался там один.

Тончика Ясень взял с собой. Он стал в подполье настоящим любимчиком и сразу же научился по команде сидеть, лежать и давать лапу. Крылан Фобло-Боу поселился у Юрки, ради чего Генке пришлось поведать родителям друга душещипательную историю его появления.

По его словам, Фобло, якобы, вырастили в искусственных условиях безумные ученые (иностранные, разумеется). Он был жертвой чудовищных экспериментов. Но ему удалось сбежать, он добрался до России, поселился в лесу, и случайным образом ребята встретили его во время своих скитаний. Он же, в свою очередь, помог им выбраться из дебрей леса, где они пропадали несколько дней. Зачем ученым понадобилось приделывать крылану орлиные ноги, Генка не удосужился объяснить.

- А я, - продолжила разговор об экзаменах Яна, - боюсь за алгебру.

- А я - за историю, - объявил Юра. – Да и, вообще, за все остальные предметы тоже. Если бы не временщики, никогда бы не выбрал этот предмет.

- А нам ее знать надо! – заметил Генка. – Чтоб случайно не изменить, когда суемся, куда не следует.

- Придумали же эти дурацкие проверочные работы, - проворчала Яна.

Прозвенел звонок. Начался урок алгебры – предпоследний в этой четверти. Учительница, женщина средних лет и без чувства юмора, обратилась к классу басовитым, вялым, нудным голосом: