Он сел на рельсу и стал ждать. И сидел так минут сорок, пока не понял, что он дурак.
Встал и пошёл прочь. И как только отошёл метров на двадцать, так услышал гудок приближающегося состава. Но Ирг уже ушёл от этого, и ушёл навсегда.
А придя домой, он тут же написал письмо сестрёнке по Фидо, что через день приедет. Не дожидаясь ответа, утром следующего дня уехал в сторону Столицы, и на следующем рассвете был уже там. Тогда можно было быстро доехать напрямую, хоть и с кучей пересадок.
А там у Данилы-мастера был заварен очередной суперпроект (Ирг тогда уже понял, что ни один из его проектов никогда не будет завершён), и сестрёнка в нём участвовала. Она была террористкой и в фотосерии должна бегать по крыше и стрелять из автомата. На крыше Ирг её и нашёл.
Они обнялись "по сестрински", Данила-мастер сделал ещё несколько кадров и ушёл, тактично оставив их одних. Было сказано некоторое количество незначащих фраз, но почти сразу пошёл разговор о главном.
"Почему ты приехал, я догадываюсь", сказала она. - "У тебя то же самое, что и у меня".
"Да", сказал Ирг.
"Но то, что ты приехал, ничего не изменит."
"Да. Я буду любить её, а ты будешь любить его. Ведь ты не разлюбила его за эти месяцы?"
"Нет. Но я поняла главное. Что я не хочу жить."
Ирг посмотрел на неё, потому что это было сказано точно так же, и даже с той же интонацией, как он произнёс это про себя несколько дней назад.
"Я себе в этом признался несколько дней назад", честно сказал он.
"Так в чём дело, брат мой?", спросила она. "Тут шестнадцать этажей. Всё просто, и я буду счастлива, что помогу и тебе."
Они сидели на бетонной плите в пяти шагах от шестнадцатиэтажной пропасти, и Ирг снова понял, что да, ему совершенно незачем жить.
Но это было прошлое. Это были слова из прошлого, тянувшиеся к нему чудовищными тентаклями. И такая же мысль сестрёнки была такими же щупальцами из прошлого, тянувшими вниз, во тьму, в смерть. И это было неправильно. Но была и другая сила, толкавшая вперёд, в будущее, и Ирг возблагодарил всех - небеса, Бога, сестрёнку, Толкина, Пушкина, - за то, что эта сила была явлена.
"Помнишь, ты обещала мне ребёнка?" - даже как-то зло спросил Ирг.
"Да. И я держу свои обещания", мрачно, в тон ответила она.
Тогда он взял её за руку, и повёл в сторону от шестнадцатиэтажной пропасти, и она послушно пошла за ним. А на лестничной площадке они стали обниматься и целоваться - уже совсем не по-сестрински. Её квартира была на пятнадцатом этаже, и они еле смогли туда дойти.
Когда в положенный срок у них родился сын, Ирг понял, что давно любит её. До этого он этого не знал.
Она сказала ему в ответ о том же.
И вот на этом именно эта история заканчивается.
Ирг с облегчением поставил последнюю точку и нажал Enter, отправляя последнее предложение. Кажется, ему удалось сказать всё, что хотелось, сплести в единый узор все сюжетные, логические и этические нити, - в общем, ощущалось некоторое удовольствие, как от хорошо выполненной работы. Смысл был завёрнут в обёртку текста, текст был передан. Возможно, он пройдёт через зеркало и доберётся до Будущего.
Он выждал некоторое время, с учётом того, что написанное читалось почти одновременно с написанием, и спросил: "Ну как, понравилась история?"
"Понравилась!", ответила собеседница. "Очинь интересная!"
