Обычный длинный летний день, в который вместилось многое: был ливень, а потом снова сияло солнце. Пивная палатка, где непонятно чему радовалась Люба, распевавшая бодрую песенку про несчастную любовь, мокрый Николай и его шрам на груди, следователь Кудеяров, теряющийся, как школьник, пришедший на первое свидание. Известный писатель, не скрывавший свою заинтересованность расследованием преступлений, но недоговаривающий чего-то… Компьютерный гений, докладывающий следствию о каждом шаге своих соседей. А ведь когда-то, совсем недавно, он проникновенно сочинял историю о том, как он познакомился со своей женой… Он говорил слова о своей любви к жене… Любовь, любовь… О любви заводили разговор и новые знакомые Лужиной — две проворные дамы: бывшая балерина и бывшая врач-диетолог. А чем занимаются они теперь? Скучают, пьют пиво и поют в караоке… А может, кто-то из них сообщил мужу, что отправляется с Панютиным на праздник города, а у того уже был договор с киллером… Нет, так нельзя думать, нельзя подозревать всех, но ведь кто-то убил Леонида Ивановича, а потом и Хепонена. Хотя, может, их убили разные люди и по разным причинам?..
Марина лежала на диване в гостиной, пытаясь разобраться в мыслях, которые крутились в голове. Закрыла глаза, чтобы не мешал солнечный свет, слушала, как в приотворенное окно влетают новые непривычные для нее звуки: скрипы сосен, раскачиваемых ветром, пение птиц, далекие крики детей…
Потом увидела себя в школе — в той самой, в которой училась когда-то, — только теперь все в той школе стало иным: как будто не изменилось ничего, но все стало старым, потертым, серым и пыльным. Лужина сидела в своем ряду, за столом, а рядом на стене висел портрет писателя Карсавина. Писатель был изображен с бородой и под портретом стояла подпись «Лев Николаевич Толстой». За другими столами сидели дети, которых она не узнавала, хотя должна была знать всех, ведь она училась с каждым почти одиннадцать лет. А теперь она взрослая сидит за школьным столом, за которым ей непривычно тесно — ведь она взрослая, замужняя женщина. Удивительно, что дети не замечают этого. Открылась дверь, и в класс вошла Тамара Ивановна, за ней мальчик с короткой стрижкой.
— Познакомьтесь, ребята, — произнесла классная, — это ваш новый товарищ, он будет учиться с нами. Зовут его Валя Кублаков.
Тамара Ивановна окинула помещение пронзительным взглядом и остановила свой взор на Марине.
— Лужина, ты не против, если Валя будет сидеть рядом с тобой?
Мальчик подошел, молча сел рядом, положив на столешницу портфельчик, начал вынимать из него школьные принадлежности. Потом он обернулся к Марине, улыбаясь широко и беспечно:
— Ты будешь давать мне списывать? — спросил он.
И тогда Марина растерялась. Даже испугалась от того, что она оказалась здесь, взрослая, уже окончившая институт и даже вышедшая замуж, здесь, среди детей. А этот мальчик, сидящий рядом и разглядывающий ее коленки, — ее муж? Она подняла руку, чтобы попросить разрешения выйти из класса, выйти, чтобы тут же сбежать. Сбежать далеко-далеко — в ту реальность, из которой она непонятным образом вылетела…
Она проснулась, открыла глаза и вскочила с дивана. И почти сразу прозвенел звонок. Марина выглянула в окно, но кто стоял за забором возле калитки, видно не было. Она спустилась вниз, вышла во двор. Услышала, как за спиной в доме звонок прозвучал еще раз.
— Кто там? — крикнула она, уже почти подходя к калитке.
— Это Максим, просто решил пройтись по дорожке, а заодно у вас спросить: как дела?
Последние слова он произносил, уже видя перед собой Лужину.
Во двор заходить не собирался, и тогда Марина вышла на дорогу сама.
— У меня все в порядке. Валентин задерживается. Но это часто случается. Обычно это случается часто, но сейчас, когда такое произошло…
— Да, да, — согласился сосед, — вот и я тоже… Простите, что я вас выманил, но одной дома сидеть скучно, наверное? А здесь нам вряд ли что-то угрожает. Может, пройдемся немного, потом обратно?
Лужина кивнула, вспомнив, что он еще совсем недавно предупреждал и советовал не выходить из дома, запереться внутри. А теперь вдруг приглашает на прогулку. Что он задумал? Или у него появились какие-то вопросы?
Они не спеша двигались мимо заборов, никуда не торопясь, обыкновенным прогулочным шагом в темпе владельцев собак, которые по вечерам выгуливают своих питомцев. Шли так, как будто напряженно трудились целый день, а теперь вышли на прогулку, чтобы сбросить с себя напряжение.
— Наташа не звонила? — спросила она и объяснила свою заинтересованность: — А то я не могу до мужа дозвониться. Выехали они из города или нет?
— Звонила. Сообщила, что сделала все дела, ждет звонка от Валентина, но пока ничего. Набирала его номер пару раз, но телефон вашего мужа отключен. Может, разрядился?
— Может быть, — согласилась Марина.
Только сейчас она начала по-настоящему волноваться: Валентин никогда не выезжал из дома с разряженным мобильным. Максим, судя по всему, волнуется за жену, а потому и пришел к ней.
