Азиз и Дейв отбыли в Ирландию. Дейв выглядел только слегка обеспокоенным. Видно, был уверен, что я его не выгоню. И скорее всего был прав, так как не нарушал никаких законов, кроме моих собственных, и вполне мог обратиться в суд по поводу незаконного увольнения, если я дам ему к тому повод, а он захочет им воспользоваться. В его безответственности не было ничего нового. Он, как и раньше, прекрасно управлялся с лошадьми, был надежен и прилично водил машину. Я надеялся, что впредь он хорошенько подумает, прежде чем брать деньги за то, чтобы подвезти кого-либо, но ручаться, что он никогда этого не сделает, я бы не стал. Если что и изменилось, так это мое к нему отношение — снисходительная симпатия уступила место раздражению.
Во дворе фермы Льюис демонстрировал фотографии своего чада Нине, которая появилась в своем рабочем виде и на своей рабочей машине.
— Такой проказник, — говорил Льюис, любовно глядя на своего отпрыска. — Знаете, обожает смотреть по телику футбол, просто не оттащишь.
— Сколько ему? — спросила Нина, выражая ожидаемое восхищение.
— Восемь месяцев. Вот, посмотрите, он в ванне, сосет своего желтого утенка.
— Просто прелесть, — сказала Нина.
— Для него ничего не жалко, — сказал просиявший Льюис. — Может, мы пошлем его в Итон, а почему бы нет? — Он спрятал фотографии обратно в конверт. — Пожалуй, мне пора в Лингфилд, — заметил он. — Пара лошадок для Бенджи Ашера. Последний раз, когда я был на той конюшне, так они вывели не ту лошадь, и это не в первый раз, — сказал он, обращаясь к Нине. — Я уж всех погрузил и выезжал из ворот, как выбежал старший конюх и начал орать и размахивать руками: «Говорю тебе! Не та лошадь!» И тут как тут мистер Ашер, и тоже орет из окна второго этажа, будто это я во всем виноват, а не этот придурок, его старший конюх.
Нина как завороженная выслушала все это повествование и спросила:
— Легко ошибиться и взять не ту лошадь?
— Мы грузим тех лошадей, что нам выводят, — ответил я. — Если произошла ошибка, мы тут ни при чем. Как вы знаете, у водителей имеются путевые листы, где указаны время погрузки, пункт назначения И клички лошадей, но различать их они не обязаны.
— В прошлом году мы отвезли двух лошадей мистера Ашера не на те скачки, — с удовольствием поведал Льюис.
Я пояснил:
— Мы должны были отвезти одну лошадь Ашера в Лисестер, а другую в Пламптон, и, хотя Льюис и другой водитель четко сказали, какой фургон куда едет, старший конюх Ашера все перепутал. Они спохватились, только когда первая прибыла не туда, куда надо. Шуму было хоть отбавляй.
— Пошумели, это верно, — усмехнулся Льюис.
— Загляни в газету и сверься, совпадают ли клички рысаков Ашера, — велел я Льюису, — чтобы уж больше никакой путаницы.
— Ладно Он вошел в столовую, и видно было, как он изучает программу скачек. Потом он залез в свой шестиместный фургон и тронул с места.
— Когда он впервые здесь появился, — сказал я Нине, — он носил локоны. Теперь у него ребенок. В случае неприятностей на его кулаки можно надеяться. Вряд ли кто захочет связываться с его парнишкой.
— Дрожите, школьные хулиганы?
— И их папаши.
— Когда их узнаешь получше, они все такие разные, — заметила Нина.
— Вы о водителях? Да, конечно. — Она вошла за мной в офис — Расскажите мне о Найджеле.
Она поудобнее уселась на стуле, а я примостился на краешке стола.
— Почти всю дорогу, туда и обратно, он сидел за рулем и днем и ночью, но в журнале мы записали, что мы более равномерно делили эту нагрузку.
— Ну-ну.
Она улыбнулась.
— Он сказал, чтобы я присматривала за жеребцом. Он не слишком любит лошадей, вы об этом знаете? И еще он рассказал, что некоторые водители, что возят лошадей на скачки, просто до смерти их боятся.
— Слышал, как же.
— Найджел считает, что на вас вполне можно работать. Немного лишку суетитесь, так ему кажется.
— Да что вы?
— Гордится своим телом. Подробно рассказал мне про свои мускулы, практически о каждом в отдельности. Объяснил мне, как развивать грудные мышцы.
Я засмеялся.
— Полезная информация.
— Патрик Винейблз просил кое-что вам передать. Довольно резкая смена темы.
— Что именно? — спросил я.
— Насчет пробирок, что вы посылали на анализ. Он сказал, — она нахмурилась, соображая, — он сказал, что это среда для транспортировки вирусов. — Я ничего не сказал, поэтому она продолжила:
— Это жидкость, состоящая из дистиллированной воды, сахарозы — звучит странно, но именно так он сказал — и бычьего белка, которым питается вирус, а также глютаминовой кислоты, что-то вроде аминокислоты, и антибиотика под названием гераниум... нет... гентамицин, убивающего бактерии, попадающие снаружи, но не действующего на вирус. Жидкость используется для транспортировки вируса с места на место.
— А вирус там обнаружили?
— Нет. Сказали, что он вне организма быстро погибает Они не говорят про вирусы «живет», потому что вирусы теряют активность и способность к воспроизводству, или что они там еще делают, вне живой клетки. Довольно все сложно, с моей точки зрения. Да, Патрик хотел бы знать, откуда у вас эти пробирки.
— С бензоколонки в Понтефракте. Как попали туда, не знаю.
