Стрела прошила его насквозь — как «прошивает насквозь» пущенный из рогатки стальной шарик мешок с заварным кремом. Тварь заскулила.
Над сторожевой площадкой башни бочкой вертелось помело. Аркканцлер лихорадочно перезаряжал оружие.
— Понимаешь, если у нее есть кровь, значит, эту кровь мы можем ей пустить! — услышал Виктор.
И тут же услышал ответ:
— Кто это мы?
Он ринулся вперед, поражая незащищенные придатки и отростки. Тварь пыталась видоизменить обличье, то утолщая кожные покровы, то наращивая щитки в том месте, куда направлялся удар, однако движения ее были нерасторопны. «Они правы, — думал Виктор. — Ее можно убить. Пусть для этого придется весь день копьем работать, но эта Тварь не так уж неуязвима…»
Вдруг перед ним возникла Джинджер — с лицом, перекошенным болью и ужасом.
Виктор застыл.
Пущенная сверху стрела, чмокнув, вонзилась в бесформенные, рыхлые телеса.
— Ха-ха! Ну-ка, казначей, еще один заход! Странный предмет расплылся и сгинул из виду.
Тварь заверещала, отшвырнула от себя, точно букашку, библиотекаря и двинулась на Виктора, выпростав вперед все здоровые щупальца. Одно из них свалило его с ног, а три прочих выдернули из его рук копье. Тварь вскинулась вверх, словно гигантская пиявка, намереваясь сбить копьем своих небесных мучителей.
Виктор приподнялся на локтях и приказал себе сосредоточиться.
Продлить реальность ровно настолько, насколько это необходимо.
Зигзаг молнии очертил силуэт Твари светло-голубым контуром. После пушечного удара грома Тварь зашаталась как пьяная, а через ее туловище пробежали крошечные шипящие электрические разряды. Над некоторыми конечностями поднялись струйки дыма.
Из последних сил Тварь пыталась совладать с разрывающими ее тело стихиями. Она доковыляла на согнутых щупальцах до края башни, а затем, зловеще уставившись единственным зрячим оком на Виктора, шагнула в пустоту.
Виктор заставил себя рывком подняться на четвереньки и подполз к краю крыши.
Падая в небытие, Тварь не прекращала борьбы. На этом пути она воплотила самые разные этапы эволюции, отращивая то шерсть, то перья, то чешую; она отчаянно искала заветную модель выживания, но…
Время забуксовало. В воздухе разлилась пурпурная дымка. Смерть взмахнул своей косой.
— ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ЦАРСТВО МЕРТВЫХ, — сказал он.
…Но затем раздался звук, с каким свежевыстиранное белье хлюпается о стену, и стало ясно, что это падение мог пережить только труп.
Толпа, ежась под проливным дождем, окружила плотным кольцом место событий.
Теперь, когда удерживать тело в повиновении было некому, оно распадалась на отдельные молекулы, которые стекали в водосточные канавы, оттуда уносились в реку и, наконец, исчезали в холодных глубинах моря.
— Смотрите, она совсем расплылась, — заметил профессор современного руносложения.
— Жаль, — сказал завкафедрой. — А выглядела она неплохо.
Он ковырнул жижу носком своего башмака.
— Осторожнее! — предупредил декан. — Если тебе кажется, что перед тобой обычный мертвец, нашедший вечный покой, ты сильно ошибаешься.
Завкафедрой сделал серьезное лицо:
— Клянусь потрохами, эта тварь имеет вполне… вполне умерший вид. Хотя постой… Что-то шевелится.
Одно из щупальцев неожиданно откатилось в сторону.
— Неужели эта штука на кого-то приземлилась? — удивился декан.
Так оно и было. Из под булькающих останков извлекли полуживое тело Думминга Тупса. Волшебники, руководствуясь самыми добрыми побуждениями, принялись охаживать студента по щекам, пока тот не открыл глаза.
— Что это было? — спросил Тупс.
— На тебя упала туша пятидесятифутового монстра, — честно сказал декан. — А как ты… кхм… как ты себя чувствуешь?
— Всего одну кружечку хотел пропустить! — пробормотал Тупс. — Я бы тут же назад вернулся, честное слово.
— Что-что?
Но Тупс только махнул рукой, не став ничего объяснять. Он поднялся и, качнувшись из стороны в сторону, неровной походкой устремился в направлении Главного зала. Здесь надо отметить, что больше никогда он не пытался покинуть Университет, более того, всякие заманчивые предложения напрочь отвергал.
— Забавный паренек, — промолвил заведующий кафедрой.
И они вновь уставились на останки Твари.
— Красота повергла чудовище, — произнес декан, часто изрекающий подобные сентенции.
— С чего ты взял? — возразил завкафедрой. — Просто башня оказалась слишком высокой, чтобы с нее можно было безнаказанно упасть.
Библиотекарь поднялся и потер голову. У себя под носом он увидел книгу.
— Читай! — потребовал Виктор.
— У-ук.
— Умоляю тебя!
Орангутан открыл книгу на странице с пиктограммами. С минуту он невразумительно мигал. Затем палец его пробежал к нижнему правому углу страницы и начал скользить вдоль строки в левую сторону.
В левую сторону.
«Так вот, значит, как следует читать эту книгу!» — осенило Виктора.
А это, в свой черед, значило, что все это время он блуждал в потемках.
Бригадир, главный рукоятор, дал панораму стоящих волшебников, а затем резко навел ящик для картинок на быстро расползающегося монстра.
Ручка перестала вертеться. Он поднял голову и с любезной улыбкой оглядел статистов.
