Двое могут хранить секрет полностью

– Недолго. – Дейзи опускает взгляд. – Дело в том, что я так по-настоящему и не справилась со смертью Лейси, понимаешь? Это было так ужасно. Так запутанно, страшно и болезненно, что я заставила себя забыть о нем. – Она издает сдавленный смешок. – Отличный план, правда? Он прекрасно сработал. Думаю, этого было достаточно, пока я училась в колледже. Но когда я переехала в Бостон, и я не выдержала. У меня начались ночные кошмары, затем приступы паники. В какой-то момент я вызвала «Скорую помощь», потому что подумала, что умираю от сердечного приступа.

– Ты пережила такую страшную потерю, – говорит Миа.

Ресницы Дейзи дрожат.

– Да. Но я не просто переживала. Я была виновата.

Краем глаза я вижу, что Эллери напрягается.

– В чем же?

Дейзи молчит.

– Круг доверия, да? Это не может выйти за пределы этой комнаты. Пока не может.

Она смотрит на меня, затем на Эллери и прикусывает губу.

Миа читает ее мысли.

– Эллери можно полностью доверять.

– Я могу выйти, – произносит Эллери. – Я понимаю. Мы друг друга не знаем.

Дейзи колеблется, потом качает головой.

– Все нормально. Ты уже столько знаешь, вполне можешь узнать и остальное. Мой психолог без конца повторяет, чтобы я перестала чувствовать себя виноватой. Это помогает, хотя я все еще чувствую себя ужасной подругой. – Она поворачивается к Мии. – Я была влюблена в Деклана в старших классах. Я никогда и словом об этом не обмолвилась. Это было просто… то, с чем я жила. А потом, летом он начал по-другому со мной обращаться. Он наконец увидел меня. – Она смущенно смеется. – Боже, я говорю, как восьмиклассница. Но это дало мне, не знаю, надежду, наверное, что в один прекрасный день все может измениться. Затем однажды вечером он сказал мне, что тоже в меня влюблен.

Лицо Дейзи светится, и я понимаю, почему я сам был в нее влюблен. Я никогда не видел, чтобы Миа сидела так тихо. Она словно боится, что малейшее движение может положить конец этому разговору.

– Я сказала ему, что мы ничего не можем с этим поделать, – продолжает Дейзи. – Я была не настолько плохой подругой. Он сказал, что, как ему кажется, Лейси все равно нашла другого, так ему кажется. Она держалась отстраненно. Но когда он ее спросил, не призналась в этом. Они начали ссориться. Стало как-то совсем неприятно и тяжело, и… я, ну вроде как, отошла от всего этого. Я не хотела быть причиной.

Глаза Дейзи блестят, она продолжает.

– Потом Лейси погибла, и весь мир рухнул. Я была сама себе противна. Не могла справиться с тем, что хранила тайну, которую так и не смогла ей раскрыть. – Слезы катятся по ее щекам, и она сдавленно всхлипывает. – И я скучала по ней. Я все еще сильно по ней скучаю.

Я исподтишка гляжу на Эллери – она вытирает глаза. У меня создается впечатление, что Эллери только что вычеркнула Дейзи из своего мысленного списка подозреваемых в убийстве Лейси. Если Дейзи не чувствует себя виноватой в любви к парню лучшей подруги, она великая актриса.

Миа двумя руками сжимает ладонь сестры, а та продолжает.

– Я сказала Деклану, что мы больше не можем общаться и что я уеду из Эхо-Риджа при первой же возможности. Я думала, что так будет правильно для нас обоих. Мы поступили неправильно в том, что не были откровенны с Лейси с самого начала, а потом больше не было возможности это исправить. – Она опускает голову. – Кроме того, тут еще много чего наслаивается, когда ты член единственной в городе семьи, принадлежащей к меньшинству. Ты не можешь допускать ошибок, понимаете? Мы всегда должны были быть идеальными.

Миа задумчиво смотрит на сестру.

– Я думала, тебе нравилось быть идеальной, – тихонько произносит она.

Дейзи фыркает.

– До черта изматывающее занятие.

Миа коротко, удивленно смеется.

– Ну, если уж тебе это не под силу, у меня нет надежды. – Она все еще держит руку Дейзи и встряхивает ее, словно пытается вразумить сестру. – Твой психолог права, Дейз. Ты не сделала ничего плохого. Тебе понравился парень. Ты держалась от него подальше, даже когда он тоже влюбился в тебя. Ты была хорошей подругой.

Дейзи вытирает глаза свободной рукой.

– Да нет. Мне была невыносима мысль о расследовании, и я каждый раз замыкалась в себе в присутствии полицейских. Только несколько лет спустя я стала задумываться о вещах, которые действительно могли помочь.

– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю я.

Эллери наклоняется вперед, как марионетка, которую только что дернули за ниточки.

– Я кое-что вспомнила, – говорит Дейзи. – Браслет, который Лейси начала носить незадолго до своей смерти. Он был очень необычный… тонкий обруч, похожий на перекрученные рога. – Она пожимает плечами под недоверчивым взглядом Мии. – Звучит странно, я понимаю, но он был эффектный. И она очень уклончиво отвечала на расспросы, откуда он у нее. Сказала, что не от Деклана или родителей. Лежа в больнице в Бостоне, я пыталась разобраться, как получилось так, что моя жизнь дала крен, и начала задумываться, кто подарил его Лейси и был ли это человек, который, ну… – Она умолкает. – Вы понимаете. Я стала задумываться.

– Значит, ты вернулась сюда, чтобы все выяснить?