Чтобы не возникло от конкурентов черного пиара по поводу моей ориентации мы для всех стали парой. Нам вместе приходилось посещать благотворительные акции, детдома, больницы.
Вечером, уставшие, мы приезжали к кому-нибудь домой, раздевались прямо на пороге и заваливались в одну постель. Постепенно я начал привыкать к такой близости, и не раз начал замечать, что просыпаюсь в крепких объятиях альфы.
Мне стало нравиться то, как на каждом мероприятии Виктор нежно обнимал меня за талию и что-то шептал на ухо, вызывая этим дрожь по телу. Все меньше и меньше я стал смотреть на омежек и все больше и больше на Виктора. Во мне начало открываться что-то новое…
Но с этой предвыборной гонкой не стоило забывать и о работе. Через неделю мне представили документы на моих соперников. Первые три листа я просто пролистал, ничего нового об этих людях я бы не узнал – они мне не конкуренты, да и ненужно было, они уже давно сошли с дистанции. Но увидев оставшегося персонажа, я выпал в осадок… Григорьев Андрей Станиславович… мой ночной кошмар. Схватив бумаги, я выбежал из своего кабинета и сбежал вниз, перепрыгивая ступеньки.
- Нахуй, я сливаюсь… - проорал я.
Альфа, до этого сидящий на барном стуле и жевавший бутерброд чуть не подавился и не упал со стула.
- Что случилось? – прожевав, спросил он.
- Ты в курсе, что остался только один соперник? И знаешь кто? Григорьев?
- И? – не понял он.
- Григорьев, сволочь такая, всегда меня обходил, еще с университетских времен. Он занимал первые места на всех олимпиадах, его обожали все преподаватели, - размахивал я нервно руками. – Да что там говорить… его чморили даже больше чем нас с тобой вместе взятых! А сейчас он довольно-таки известная шишка на политической арене. Мне его ни за что не обскакать… - обреченно выдохнул я.
- Господи, я думал, что у тебя что-то случилось, - спокойно сказал он.
- Вот именно… Все эти недели и тяжелые дни… все псу под драный хвост! – орал я. – Если бы я знал заранее, а не за три дня до дебатов, то даже бы и время не терял на эту заранее обреченную идею, - грустно выдохнул я, плюхаясь на мягкий кожаный диванчик в углу кухни.
Альфа спокойно слез со стула и присел рядом, обняв меня за плечи и положив мою голову себе на плечо.
- Успокойся, все будет хорошо, - ласково шептал он, перебирая мои волосы, а я, как идиот, таял от его завораживающего голоса и теплых рук. – Если ты хочешь слиться, то ради Бога… я поддержу любое твое решение… только не нервничай.
Мне еще никогда не было так хорошо. Этот человек потратил много сил и денег, чтобы я смог осуществить свою мечту, и вот, теперь, когда я решил спасовать перед несуществующей проблемой, он меня поддерживает. Ему неважны были затраченные средства, ему было важно только то, чтобы я чувствовал себя комфортно! Кажется… я влюбился! Я уткнулся носом в его плечо и оставил все тревоги на потом. Я не сдамся… я обязательно одержу победу… ради этого сильного альфы.
***
Вот и наступил день предвыборных дебатов, мы остались с Григорьевым вдвоем в предвыборной гонке, остальные все слились еще в начале своего пути.
Я был само спокойствие до того, как встретил Григорьева в коридоре Дворца культуры.
- Здравствуй, Савушкин, - ехидно протянул он. – Могу сообщить, что ты в пролете.
- Много на себя берешь, Григорьев - прошипел я. – Дебаты еще не начались, а ты уже празднуешь свою победу?
- Ты же знаешь Артем, что я везде тебя обхожу, и это место, - он обвел рукой, - не станет исключением. Тем более, никто не станет голосовать за шлюшку, которую, продвинули.
- Ты что, перепил вчера?
- А, прости, Артемка, я забыл, что ты по омежкам… - рассмеялся Андрей. – Только мне вот одно интересно, если ты не стонешь под Смоленским, то, какого полового члена, он приложил столько усилий, чтобы выдвинуть своего протеже, и мало того, сделал все, чтобы ты об этом не узнал?
- Ты о чем? – я недоумевал, о чем мне толкует этот тип.
- Я о том, что если ты пораскинешь мозгами, то поймешь, что идея с выборами была несколько сфабрикована Виктором. Только зачем? – он вопросительно глянул на меня. – А впрочем, это неважно, главное то, что все об этом знают, и ты только благодаря Виктору дотащился до дебатов и тебя не слили в самом начале. А теперь чао, крошка! Желаю удачи! – махнул он рукой и скрылся за углом коридора.
- Тварь! – выкрикнул я, со всей силы пиная ни в чем не повинную стену.
В моей гримерке было полно народу, во главе стоял Виктор и раздавал последние указания.
- Вон! – заорал.
Все скрылись, как по велению волшебной палочки.
- Не хочешь мне ничего объяснить? – разъяренно спросил я, облокачиваясь бедром о стоящий здесь стол и скрещивая руки на груди.
- Объяснить ЧТО? – спокойно спросил альфа, подходя ко мне.
- Почему меня все считают твоим протеже?
- Кто тебе сказал эту ерунду?
- Ты мне одно скажи: это правда? Это ты все устроил?
Смоленский опустил голову и облокотился обеими руками на стол.
- Да, это я все сделал, - тихо шепнул он.
- Зачем?
- Ты же этого хотел? – посмотрел он в мои глаза.
- Да, хотел, но не так, - на глазах появились слезы. – Мы же друзья, почему ты мне не рассказал.
