— И съесть! — я сделал страшные глаза. Ната строго посмотрела на меня.
— И съесть. Почему бы нет? Но вот дальше…
— Дальше мы и пойдем дальше! — я продолжил за нее. — И будем идти, пока не убедимся, что дальнейшая дорога бессмысленна. Или что там нет дичи, на которую сможем охотиться. Мы с тобой хорошие ходоки, Ната, и теперь сможем пройти это расстояние гораздо быстрее, чем тогда.
— Хорошо, — она кивнула. — Другие варианты рассматриваться не будут?
— А какие? В Провал мне что-то не хочется… Хватит и одной взбалмошной девчонки. Не драться! — я увернулся от тычка. — На восток? Там болото. Мы уже один раз надышались какой-то гадости, больше не хочется. Вряд ли оно высохло за последнюю неделю, скорее наоборот. В желтые земли? Одной встречи с дикими собаками хватит, чтобы не желать повторения. Переправа через реку исключается. Вот и остается — только на юго-запад. Если и там облом…
— Угара не спрашиваем?
Ната смеющимися глазами смотрела на меня, и я не смог сдержать улыбки.
— Может, он и имеет, что сказать, но… Перебьется. Пока еще лишен права голоса. По крайней мере, в прямом смысле этого слова.
Я отошел к очагу. Все вещи уже давно уложены, запасная одежда и обувь в заплечных мешках — Ната их перешила, подогнав так, что носить стало намного удобнее. Был отобран и приготовлен запас продуктов, которого могло хватить на четыре недели — вес немалый, но, к сожалению, необходимый. Мы до сих пор брали еду с расчетом на собаку — надеяться только на охоту не следовало. Кроме этого, у каждого имелось оружие: памятуя наши столкновения, вовсе не лишняя необходимость. Я изготовил для Наты новое копье, увеличил запас дротиков и набил колчан стрелами. Вооружение девушки завершал нож и маленький топорик. Свое копье, лук и «томагавк», я приготовил так, чтобы все это нести на спине. Все смазано, наточено и надежно привязано. В мешках хранились самые необходимые для дальнего путешествия вещи, вроде ниток, иголок, лекарств, рыболовных лесок с крючками, веревок… И у меня, и у Наты имелись накидки от дождя, которые должны заменить палатку. Мы надеялись, что наступившее тепло сохранится на все время похода. Нести еще и зимние вещи — увеличивать и без того большой вес снаряжения.
Пламя очага потихоньку угасало… Уходить так надолго ни я, ни Ната, еще ни разу не пытались. Вернее — я-то, как раз пробовал, когда спускался в Провал. А вот вместе — нет. Наши совместные походы редко продолжались более десяти дней. Задуманное предприятие могло оказаться стать самым продолжительным… Что ожидает там, за скалами? И сможем ли мы найти в них проход? Я присел на шкуру, задумавшись о предстоящем путешествии…
— Дар… — Ната прервала мои размышления. — Давно хотела спросить. Откуда этот клинок?
Она с нескрываемым интересом разглядывала меч, лежавший у нее на коленях. Я вздрогнул — лезвие нисколько не притупилось за время пользования…
— Осторожнее! Не порежься!
Ната спокойно вертела его в руках.
— Ты не ответил…
— Разве? Похоже, ты просто пропустила это мимо ушей. Я нашел его. На той стороне — я уже рассказывал тебе об этом. Мы тогда чуть было не попались на закуску крысиной стае…
— Вообще-то, я не о том. Ну, я и не думала, что он у тебя был всегда. Выходит, ты не умеешь им пользоваться?
Я смущенно развел руки в стороны.
— Увы… Как-то не приходилось. Не было случая, знаешь ли… А что, ты и это умеешь?
— Нет, — Ната погладила рукоять. — Не умею. Из настоящего оружия в руках только пистолет держала… случайно. Но у меня его отобрали, на мое счастье.
Я промолчал. В прошлом Наты хранились такие тайны, которых не хотел касаться, пока она сама не решит вынести их на свет…
— Да не всезнайка я… Просто, в библиотеки у папы был альбом с иллюстрациями. Все, про холодное оружие, начиная с мечей времен бронзового века и до наших дней. А память у меня, как у настоящего художника… Фотографическая. Так вот, твой клинок не принадлежит ни к одному периоду, хотя взял в себя очень много от мечей средневековья. Но есть какие-то странности, и, я пока не поняла, какие именно.
— Хочешь предположение? Будь это реальностью — он мог принадлежать воину из сказок, типа фэнтези. Ты поосторожнее… Он очень острый.
— Да, я вижу. Меч настоящий — не бутафория.
— Кто бы сомневался.
— Мне кажется, такого никто и никогда не делал. Я про известные нам страны. Как-то, путано все… В рукояти прослеживается влияние востока, а сам клинок — явно европейский стиль. Узоры и изображения льва вовсе ни с чем не вяжутся. Судя по длине, одинаково годится как для конного боя, так и для пешего. Наверняка удобен в рукопашной, когда много врагов и мало места… И очень крепкая и гибкая сталь! Такую могли бы отлить в Японии, где было налажено производство самурайских мечей.
— Не всезнайка? Мне б так в этом разбираться! — я удивленно смотрел на девушку, открывшуюся совершенно неожиданно с еще одной стороны… — Еще скажи, что это — оружие ниндзя.
