Я повернул голову. На реке происходило что-то странное. Стали во множестве подниматься большие волны, появились завихрения… Все дно словно тряслось!
— Нет… посмотри на небо!
Я поднял голову. Увиденное повергло меня в шок. Над нами проявилась огромная воронка, куда стремительно срывались облака, словно всасываемые чудовищным насосом. Мне сразу вспомнился Тот день, все перипетии которого я так отчетливо видел…
Угар поднял голову вверх и завыл обреченно и тоскливо. Нам с Натой стало не по себе — в этом было что-то зловещее.
— Он кличет беду… — Ната взяла меня за руку.
— Знаю…
Она не спрашивала — откуда? Посвященная в некоторые изменения моей психики, девушка всматривалась в мое лицо, ища ответа… а я, не имея возможности завыть наподобие пса, еле сдерживался от переполнявшего меня чувства ужаса…
— Дар!
Я очнулся. Ната трясла меня за руку.
— Ты где? Что с тобой?
— Здесь… Разве я уходил?
Она свела брови на переносице.
— Ты словно в трансе! Ничего не слышал, не отвечал! Это… оно так сильно действует?
— Так — нет. Первый раз, честно… Я что, действительно тебя не слышал?
— Да. Что это?
— Ната, что-то грядет… Что-то очень серьезное. Раньше я мог заметить опасность, примерно понимая, чего ожидать. Но это…
— Что, Дар? — Ната чуть ли не плача смотрела мне в глаза.
— Не знаю… Я ничего не понимаю. Посмотри на собаку — Угар никуда не стремится больше. Он сидит и ждет… Он знает — то, что будет, будет таким большим, таким огромным, что от него никуда не убежать и не спрятаться. И это не ливень. Наточка… Я не знаю.
Она неожиданно скривила лицо…
— Ты что?
— Ты… Угар. Вы оба стали чужие. А я — одна. Случайно попавшая… Вы пугаете меня! И ты… Ты бы видел свои глаза, когда рванулся к вожаку! Они стали, как…
— Глаза? Ната, что ты… — я крепко ее обнял. — Чего ты испугалась? Я прежний, прежний Дар. И мы с тобой…
Протяжный вой собаки прервал мои слова. Угар вытянулся в струну, выпуская предчувствие чего-то страшного… Все замерло — ни единого шороха не раздавалось возле нас, и мы слышали собственное дыхание! Я схватил Нату за плечо. Девушка вырвалась, испуганно отбегая от нас с собакой — и не видя, что позади нее начинается крутой откос!
— Стой!
Я скорее рявкнул, чем нормально произнес это слово. Ната еще больше попятилась. А в следующую секунду раздался грохот — и будто само небо упало вместе с ним на землю!
Ната широко раскрыла рот, но я ничего не слышал, оглохнув от неимоверного раската! Она нелепо взмахнула руками и вдруг, покачнувшись, стала падать вниз — с откоса в реку. Угар, сбив меня с ног, одним прыжком оказался на краю и, клацнув зубами, успел ухватить девушку за ремни мешка. Она уже скрылась за обрывом, а пес, упираясь лапами и скользя вслед за ней, пытался удержать их обоих от падения. Я кинулся к ним, одновременно выхватывая из-за плеча топор. Одной рукой схватил собаку за заднюю лапу, а второй вбил топор в землю — это было единственное, что еще можно было придумать в эти секунды! Слишком большой вес собаки не давал возможности вытащить их наверх — я мог только сдерживать их падение, скользя рукой по топорищу. Лапа собаки выскользнула из моей руки. Угар сразу съехал еще на полметра ниже. Он продолжал удерживать Нату за ремни, но и сам через мгновение упал вместе с ней в реку. Я закричал, позабыв, что при таком грохоте никто не может меня услышать, и ни секунды не колеблясь, прыгнул вслед за ними. Ледяная вода на миг ошеломила меня. Я судорожно бил руками, пытаясь вынырнуть на поверхность и наконец, увидел перед собой черный бок собаки. Угар продолжал держать Нату, не выпуская ремней из пасти. Я схватился за его шерсть, придерживая одной рукой спадавший мешок. Нас несло течением, ударяя о попавшие в водовороты коряги и бревна. Одно такое оказалось совсем близко — я ухватился за него, подтягивая к себе собаку вместе с девушкой. Борьба с волнами продолжалась около нескольких минут — за это время нас отнесло от места падения на пару сотен метров. Неожиданно Угар, до того придерживающийся лапами за ствол, сильно оттолкнулся…
— Куда?
Угар плыл в сторону берега, унося с собой Нату. Из-за сильной волны я не мог их видеть и терялся в мыслях, не зная, что предпринять. Через минуту Угар вернулся — уже без Наты.
— Угар!
Я обезумел — где девушка? Пес рванул меня зубами за ремень и оторвал от бревна, за которое я продолжал держаться. Он плыл, широко загребая лапами, и тащил меня за собой. Я не мог даже помочь ему, захлебываясь от попадающей в рот воды. Пес вырвался на скользкий берег и уронил меня рядом с Натой…
Отдышавшись, бросился к ней. Девушка была без сознания — вероятно, расшиблась при падении, либо успела наглотаться воды. Рядом с нами, всего в нескольких метрах, в кустарник ударила молния! Запахло жженым, по телу пронеслась холодная волна: мы были на совершенно открытом пространстве, и следующая молния могла попасть прямо в нас! Я поднял Нату на руки, бросив ее поклажу собаке.
