Оружие готово, оставалось найти дичь, для которой его можно применить. Но наше уединение не нарушал никто. Иногда, вечерами, пролетали вороны, не рискуя снижаться мусорной куче, где их зло облаивал Угар. Непрошенных гостей, подобных тому, которого мы нашли при возвращении, тоже не появлялось. Я до сих пор не мог вспоминать о нем без содрогания — настолько отвратительный был запах, исходящий от тушки. Мы поднимались на вершину холма и подолгу вглядывались во все стороны, надеясь и немного побаиваясь появления живого существа, годного на то, чтобы попасть на наш стол. Не беспокоился только Угар: он теперь подолгу пропадал в руинах и почти всегда возвращался с добычей — теми самыми мелкими зверьками, чью породу мы так и не смогли разгадать. Кроме нас, среди этих унылых развалин не было ни единой живой души. Из однообразия выход предложила Ната:
— Дар…
Я с наслаждением слушал ее голос, так соскучившись по возможности просто поговорить. Конечно, то, что это был человек противоположного пола, добавляло еще большую остроту, но я боялся пока даже лишний раз прикасаться к девушке…
— Дар, давай сходим к дальнему озеру. Когда мы ночевали возле Гейзера, ты говорил, там горячая вода бьет прямо из земли. Посмотрим, что это такое?
Разумеется, я согласился. Мы приставили к отверстию, ведущему в подвал, дверцу, подперли ее, чтобы она не распахнулась случайно, а, кроме того, я накидал на нее жидкой грязи. Если не стоять близко, то заметить что-то необычное трудно. Не хотелось, чтобы кто-нибудь, обнаружил наш дом… По крайней мере, когда его хозяев там нет.
Ната уже уверенно и ловко прыгала по камням, и я перестал беспокоиться. Нагрузившись всем необходимым, мы направились к озеру.
Ручья, по которому я раньше следовал, как такового, больше не существовало. На его месте широко разлилось озерцо, примерно метров сорока в диаметре. В одной его части из воды вырывался столб, периодически пропадая и появляясь вновь.
— Озеро Гейзера, где мы останавливались перед тем, как вернуться домой — не здесь. Это — новое образование. Оно севернее и намного ближе. Мы еще сходим к нему, если хочешь, — я показал Нате рукой направление. — А тут — просто не очень чистая вода.
Ната дотронулась до мути, подходившей к нашим ногам:
— Теплая… Не обжигает, а просто теплая. Давай искупаемся?
— Что ты? — я даже вздрогнул. — В такой грязи? Посмотри, сколько в ней всего! Не-ет… Я пас. Да и тебе не советую.
— Жаль… В бочке мыться так неудобно.
Она с сожалением зачерпнула воды и поднесла ее к глазам.
— Ой, какая гадость! — она резко дернула ладонью, смахивая с нее капли.
— Что там?
— Такие маленькие червячки… фу!
Я недоверчиво посмотрел на воду:
— Тебе показалось, наверное. Такой холод… как бы они выжили?
— Вода ведь теплая?
Ната была права. В такой воде на самом деле могли комфортно существовать мельчайшие организмы. Тепло, поступающее изнутри, поддерживало жизнь в водоеме, и возможно, не только в нем — от озера в сторонку уходил змеистый след.
— А вдруг, там что-нибудь водится? — Ната заинтересованно указала в сторону канавы. — Раз есть червячки, то, может быть, и те, кто ими питается?
— Есть, — спокойно ответил я. — Только вряд ли рыбы. Скорее, какая-нибудь гадость, с жабрами и в чешуе, да еще с зубами и рогами на морде! Впрочем, одну такую я пробовал… Ничего, нам, с Угаром, понравилось.
— В этой луже?
— Нет, в другой. Она побольше и намного дальше отсюда.
Она с сожалением произнесла:
— И все же жаль… Мне так хотелось искупаться.
— Я предоставлю тебе такую возможность. Только, в другой раз, — я озабочено смотрел на небо. — А пока давай-ка делать ноги…
Над нами что-то происходило. Облака стремительно передвигались, закручиваясь в штопор, а на поверхности земли не было даже ветра.
— Видела подобное? — я указал на небо.
— Нет, — она запрокинула голову. — Не приходилось. Что это?
— Если бы я знал. С одной стороны, вроде как стрелой достать можно. А на самом деле — с полкилометра, не меньше. Там настоящий ураган! Как бы он не спустился пониже…
— А если спуститься, — резонно заметила Ната, — нас просто сдует.
— И смоет — тучки-то дождевые! Но я уже позабыл, когда приличные ливни были. Так, сопли все, какие-то.
Ната поморщилась, но ничего не сказала. А над нашими головами творилось что-то на самом деле необычное. Огромные кучевые облака сталкивались друг с другом, сплющивались и расплывались, образуя темные вершины небесных гор — и вновь рассеивались, бешено растаскиваемые в высоте ветром.
Угар ворчал — ему тоже не нравилось происходящее. Ната, чуть побледнев, ждала, что я намерен делать. А я все не мог оторваться от диковинного зрелища…
— Дар, — она была вынуждена напомнить о себе, — мы остаемся здесь?
— Что? Ах да. Нет, мы уходим. Сейчас.
Я подобрал свой лук — самодельный, так и остался валяться дома. Ната, у которой отношения с этим вооружением никак не налаживались, наотрез отказалась с ним выходить.
— Ну что, пойдем куда-нибудь? Или предпочитаешь переждать здесь?
Ната поежилась, не зная, что решить.
— А нас не застигнет в дороге снег, или дождь?
