– Не уводи разговор в сторону. Все дело в тебе. Ты хочешь, но боишься испытать судьбу. То же самое происходит с твоей карьерой переговорщицы. Ты хоть сама понимаешь, почему до сих пор посыпаешь голову пеплом? Понимаешь? – Он не мог сдерживаться, хотя не собирался так жарко спорить. И чем сильнее старался сдержаться, тем громче и поспешнее говорил. – Дело не в том, могла ты или нет уговорить Коннорса сложить оружие. И не в твоем профессионализме и мастерстве.
– Ты ничего не понимаешь! – отрезала она, кипя от ярости.
– Скорее дело в гибели твоей матери, – продолжил он безжалостно. И в том военном, который не успел до тебя добежать, а его годовалая дочь осталась без отца. Дело в человеке, который никогда не увидит свою дочь взрослой.
– Хватит!
– Как и твоей матери не суждено было увидеть тебя взрослой.
– Хватит, говорю тебе!
– Ты не виновата в том, что он погиб. Не ты помешала ему увидеть, как выросла его дочь. – Он почти кричал, словно обезумев, но не мог остановиться. Почему она все время загоняет саму себя в угол? Почему этого не понимает? – Ты отлично ведешь переговоры. Не бросай их только потому, что боишься!
– Не твое дело. Хватит!
– У нас с тобой, Челси, завязываются очень неплохие отношения, и без всякой фальши. Не надо отказываться от них лишь потому, что ты боишься возможной неудачи.
– Я? Боюсь? – Она говорила гневным голосом, лицо покрылось розовыми пятнами, словно в глазах стояли слезы.
– Да, ты. Я хочу быть с тобой, Челси. Я хочу…
– Знаешь, Скотт, может, я чего-то и боюсь, и ты прав. – Она тоже перешла на крик. – Но не я одна такая. Ты исследуешь меня, как психоаналитик, мистер Снайпер? Полагаешь, я хорошая переговорщица и умею читать чужие мысли? Ладно. Но теперь моя очередь заняться тобой. – Она ткнула его пальцем в грудь так сильно, что он пошатнулся.
– Знаешь, почему ты не способен на серьезные отношения? И почему всем известно, что ты хорош только на одном свидании, а потом делаешь женщине ручкой? Ты сам боишься.
– Н-да? Чего это я боюсь, мисс Переговорщица?
– Ты мог бы снизойти до долгих ухаживаний за женщиной. Но вдруг с ней случится то же, что и с Мэгги? Эта мысль приводит тебя в ужас.
Едва эти слова слетели с губ, как Челси прикрыла рот ладошкой, расширив глаза.
Скотт покачнулся, словно от удара. Мотнул головой, пытаясь возразить, но в ярости произнес совсем другое:
– Поздно мне за тобой ухаживать, Челси. Я тебя люблю.
Таким романтическим признанием, которого она и не чаяла услышать, Скотт, по сути, признал свое поражение. Как только эти слова сорвались с его уст, он сильно побледнел, закрыл глаза и витиевато выругался.
Челси впилась в него взглядом, ноги словно приросли к полу. Она не смогла бы что-то сказать, даже если захотела, но подозревала, что Скотт и не ждал ответа. У нее возникло ощущение, что он не только не собирался этого говорить, но даже толком не осознал, что сорвалось у него с языка. Хотя сказал именно то, что думал.
Она тоже слегка побледнела, испытующе посмотрела на него. Он серьезно? Голова опущена, кулаки сжаты, трясет головой. У нее заныло в груди. А хотелось, чтобы он ее полюбил? Эта мысль напугала, но, несмотря на страх, сердце забилось чаще.
Он поднял голову, его карие глаза погрустнели.
– Извини. Я не…
Что? Не собирался этого говорить? Все придумал?
Он замолчал, она заставила себя, хотя и с трудом, проговорить:
– Что – не?
Я не хотел на тебя кричать.
Челси, не отрываясь, смотрела на него. Он только это хотел сказать? Она подождала несколько долгих секунд, молчанием подталкивая его к признанию.
– Ты ничего не хочешь сказать?
Каких слов он от нее ждал? Что она тоже его любит? Чтобы не расстраивался, ведь она прекрасно понимает, что он не это имел в виду?
– Я… – Слова застревали у нее в горле. Какие чувства она испытывала к нему? Безусловно, он занимал ее внимание больше, чем ей того хотелось. Целый год она не могла выкинуть его из головы. А за последние полторы недели он так глубоко проник в ее сознание, что, казалось, останется там навсегда. Он бесил ее, бросал вызов, заставлял трепетать. Но чреватое неприятностями сближение пугало. А любовь? – Не знаю.
Могла ли она поверить в свои чувства, если даже собственные суждения то и дело вызывали сомнения? Она поняла, что размышляет вслух, когда он с серьезным видом кивнул и тихо сказал:
– Хорошо, подумай над этим. Сама решай, что тебе нужно. Я хочу быть с тобой, Челси. Судьба подарила нам шанс, и надо им воспользоваться. Я не ищу флирта и ничего от тебя не утаиваю. Так что решай, чего ты хочешь. И дай мне знать.
– Ладно, – выдавила из себя она, словно из жалости с ним соглашаясь.
Он кивнул, поцеловал ее руку и вышел. Она долго стояла не двигаясь посреди комнаты в одном нижнем белье.
Скотт Делакорте хотел серьезных отношений с ней. Может быть, он даже ее любит. А чего хочет она? Вопрос, черт возьми. Хватит ли ей смелости идти по избранному пути?
Какой же он идиот!
В кои-то веки познакомился с женщиной, с которой мог бы вместе жить. И вдруг начал кричать, что ей чего-то не хватает. А потом выпалил, что любит ее.
