Шаги приближались. В темноте, едва разбавленной светом уличных фонарей, одиноким пятном расплывались очертания фигуры человека. Когда расстояние между ними сократилось, Дев с облегчением понял, что перед ним всего лишь девчонка-старшеклассница. Полноватая, в пижаме с мордой кота Гарфилда на груди и действительно в тапочках. Обеими руками она прижимала к груди что-то небольшое и темное, похожее на книгу. Должно быть, живет здесь и по ночам уединяется на чердаке, чтобы в одиночестве пофантазировать о любви как у главной героини девчачьего романа. Странно только, что с такой-то комплекцией она смогла сюда пробраться. Вход загораживала решетка с частыми прутьями. Куда более стройный Дев и то едва протиснулся.
– Привет! – сказал он, снова одергивая куртку. Девчонка направилась к шаткой лесенке, ведущей на крышу. Шагнула на первую ступеньку, обернулась и вдруг махнула ему рукой. Жест выглядел как приглашение составить компанию.
Делать ему больше нечего. Бросив взгляд на циферблат пластиковых «Swatch», Дев собрался уходить, но что-то держало.
Вот и чего ее туда понесло? Под дождь, в условный пятиградусный «плюс». Не из-за страстной же любви к литературе!
Проклиная толстуху на все лады, Дев рванул за ней. Холод тут же пронизал его до костей. Пахло пылью, прибитой дождем, и… Дыши, черт бы тебя побрал, просто дыши!
Дев согнулся пополам и уперся ладонями в колени.
Нет здесь никакой земли. Дождь просто.
Мультяшный кот довольно ухмылялся ему свысока. Девчонка стояла спиной к ограждению и по-прежнему прижимала к себе книгу. Только теперь Дев разглядел наконец ее лицо – и распрямился, словно что-то толкнуло его изнутри.
Рука непроизвольно дернулась за спину.
– Почему я тебя вижу?
Молочно-белые, будто подернутые пленкой глаза глядели на него выжидающе, а из-за ее плеча почти с тем же выражением щурились полуопущенными жалюзи проклятые окна дома напротив.
Девчонка протянула руку в безмолвной мольбе о помощи. Дев сделал шаг навстречу.
– Почему я тебя вижу? – повторил он пытливо. – Разве я – двоедушник?
Ледяные пальцы сомкнулись у него на запястье. Еще один шаг: для него – вперед, для нее – назад.
– Ответь мне. Пожалуйста.
Миазмы могильной ямы сводили с ума. И тут он понял – так пахло от Есми. И все-таки не попытался ее оттолкнуть.
Дальше идти было некуда. Разве что… Дев посмотрел вниз, на мыски собственных кед, и поспешил отвести взгляд. От бездны их обоих отделяло ненадежное ограждение в полметра высотой.
– Ты уже делала это, верно?
Чтобы не видеть ее глаз, Дев задавал вопросы голове Гарфилда и книге, названия которой не смог прочесть.
– Да, – впервые прозвучал голос Есми. Ничего потустороннего в нем, к счастью, не было. – Я не хотела. Меня заставили.
– Кто?
Девчонка медленно улыбнулась. Верхняя губа поползла вверх, обнажая слишком длинные передние зубы. Теперь она стала похожа на разъевшуюся белку-зомби.
– Соседка снизу. Пришла ко мне и сказала – давай спрыгнем. Но она меня обманула. Я спрыгнула, а она осталась наверху.
– Сочувствую.
Хватка у нее оказалась мертвая, и вовсе не в переносном смысле. Одно неверное движение, и оба отправятся навстречу земле, вот только если для нее это будет очередной такой трип, то для него – скорее всего, последний.
– Может, отпустишь?
Пальцы свободной правой руки поглаживали рукоятку пистолета. На этот раз Дев нащупал предохранитель заранее и несколько раз проверил, чтобы не ошибиться.
Есми покачала головой с людоедской ухмылкой.
Он выстрелил в упор.
Гарфилд обзавелся дыркой в полосатом лбу. Дев ожидал, что кот сменит масть с ярко-рыжей на бордовую, но тело Есми не выделило ни капли крови. Девчонка завалилась навзничь, увлекая Дева за собой. К счастью, между ними и небытием по-прежнему оставалось достаточно места, чтобы об этом не думать.
Осыпая ругательствами и себя, и ее, и весь этот день, он высвободил руку и продолжал сидеть возле мертвой. Стоптанные тапки с меховыми помпонами валялись рядом, но он не обращал на них никакого внимания, точно так же, как и на ливень, в который превратился мелкий моросящий дождь.
Он только что убил Есми. Сделал то, чем так кичился Ландер. «Представь, что ты каждую ночь идешь на встречу с такими вот ребятами», «драка не на жизнь, а на смерть»… Факинг щит! Неприятно, конечно, но не так, как лежать в гробу.
Оставалось еще кое-что. Просто чтобы проверить. Выяснить наверняка. Да, он конечно же понимал, что никакой второй души у него нет и взяться ей неоткуда. Но ведь Есми он видит. А значит…
Проглотив кислую отрыжку, Дев накрыл лицо мертвой девочки ладонью.
Он собирался провести ритуал.
