- Обещания, много и разные. Золото, новые приходы, саны епископов и архиепископов. Напоминание о том, что с ними случится, если мы проиграем. Что с ними сделают Борджиа, которые никогда, ничего и никому не прощают. Алчность, страх и исполнение самых потаённых желаний – только этим мы удержим свою власть над Церковью.
- Хочешь победить Борджиа – стань ими сам…
Джулиано делла Ровере лишь кивнул, соглашаясь со словами другого делла Ровере. Только сказать было проще. чем сделать. Борджиа были сильны не только умом и хитростью, но и тем, что не боялись делать шаг за границу круга. очерченного когда-либо и кем-либо. Они такого позволить себе не могли. Открыто позволить, разрушая старые традиции и создавая на их месте новые. Им оставалось лишь цепляться за уходящее прошлое. Привлекая к себе тех, кто не хотел, не желал, а главное не умел… не меняться даже, а совершенствоваться. И понимать это для них, делла Ровере, не обделённого умом древнего рода, было стократ печальнее.
Глава 5
Италия, Рим, октябрь 1496 года
Если известно направление, в котором требуется двигаться – это уже не так плохо. Собственно, именно это в нашем случае и имело место быть. Если на Иерусалим нацелилась Франция – давний и последовательный враг Борджиа – то подобные телодвижения с её стороны требовалось пресечь быстро и надёжно. Как? Тоже имелись наработки, в том числе и заранее разработанные. Их, наработок, было много, каждая из которых была для конкретного случая. Уязвимых мест хватает у любой страны, у любой правящей династии. Франция и Валуа тут ни разу не исключения!
То же самое относительно союзника французов, то бишь Османской империи.Пусть нельзя было нанести превентивный удар - руки то в определённой степени связаны мирным договором, нарушать который без веских причин… Разумеется, под сурдинку возможности прихватить Иерусалим спишутся любые грехи, но если есть возможность разыграть партию более тонко именно это и следует сделать.
Собственные войска, связь с союзниками и не очень, подготовка проблем для османов – это всё ладно, тут работы шли полным ходом. Равно как и отслеживание ситуации во Франции, где были свои нюансы. Ожидаемая проблема возникла в Мамлюкском султанате. Венецианцы оказались чересчур оптимистично настроены, раз всерьёз рассчитывали вложить что-либо умное в голову тамошним незаконнорожденным отпрыскам гонорейных ишаков и сифилитичных верблюдов, передающих потомкам все признаки прогрессирующей умственно-моральной деградации. Проще говоря, при одной лишь попытке венецианцев обменять Иерусалим на полную поддержку в войне против союза Франции и Османской империи – союза, который однозначно и без вариантов сносил большую, но откровенно отсталую мамлюкскую армию и заметно усохший флот султаната – эти долбаные фанатики орали, визжали, сучили ножками и прочими способами выражали категорическое неприятие подобного.
Что с того нам, Борджиа? Исключительно плюсы, поскольку лично у меня и мысли не было договариваться с мамлюками по-хорошему. С такой публикой работает исключительно метод кнута и дубинатора. Этакая БДСМ-сессия в формате конца XV века в особо жёстком формате даже без признаков вазелина. Но то мы. А вот венецианцы изображали этаких целок-невидимок, выторговывая очередные сроки для достижения недостижимого. Оч-чень уж им не хотелось воевать ещё и с давними торговыми партнёрами. Не всем венецианцам, а той их части, которая находилась в жёсткой оппозиции Агостино Барбариго. Плакали, кололись и продолжали жрать какту… то есть пытаться разговаривать со всё больше звереющими мамлюками. Де-факто дело шло к тому, что хоть часть венецианцев в Каире или в иных городах вполне могли в лучшем случае избить, а в худшем мучительно прикончить во славу Аллаха. Обычное для тех мест и этноса дело.
