Леди Трухлдуб. Боже, я не знаю! Лучше бы я язык откусила, чем признаться вам… Почти год… Нет, нет, ничего больше не скажу, пока вы не придете в себя. Умоляю, милорд, не дайте гостям заметить ваше волнение. Откровенно говоря, я не могу осуждать вас: я и сама в жизни такого не встречала… Кому бы могло прийти в голову, что племянник столь превратно истолкует мое расположение? Не пойти ли вам к себе в кабинет, чтобы собраться с мыслями? Я извинюсь перед гостями, сославшись на срочное дело, и приду к вам. Пожалуйста, милорд, сделайте, как я прошу. Я тотчас же приду к вам и расскажу все до конца. Ну, дорогой?

Лорд Трухлдуб. Хорошо, иду. Я просто онемел от неожиданности.

Леди Трухлдуб. Ступайте, скорее, — кто-то сюда идет.

Лорд Трухлдуб. Хорошо. Но вы скоро? Я должен узнать все остальное. (Уходит.)

Леди Трухлдуб (ему вслед). Я тотчас же следую за вами. Так!

Входит Пройд.

Пройд. Сыграно мастерски, и моя помощь была не нужна; тем не менее я стоял за кулисами в ожидании своего выхода: чтобы все подтвердить, если понадобится.

Леди Трухлдуб. Видели вы Милфонта?

Пройд. Видел. Мы должны вскоре сойтись здесь опять.

Леди Трухлдуб. Как он отнесся к возникшим неприятностям?

Пройд. Полагаясь на мою помощь, он как будто не слишком встревожен; ему скорее кажется смешным столь грубый обман, который не замедлит открыться. Однако он предвидит, что вы на этом не остановитесь, и поручил мне за вами следить. Я полагаю, ему не удастся отразить ваш удар, но все же нужно действовать со всей осмотрительностью и быстротой.

Леди Трухлдуб. И быстротой, вы правы. Все задуманное предстоит осуществить за остаток вечера, прежде чем разойдутся гости, пока мой муж не остыл и не имеет возможности поговорить с племянником с глазу на глаз. Милорд не должен с ним видеться.

Пройд. Ни в коем случае. И для этого вам следует разжечь гнев милорда до такой степени, чтобы он и слышать не хотел о встрече с Милфонтом. А что если вы сошлетесь на меня?

Леди Трухлдуб. На вас?

Пройд. Скажите милорду, что я был посвящен Милфонтом в его замыслы на ваш счет, что прилагал все свои старания, дабы удержать его, хотя из любви и преданности к нему не стал предавать дело огласке. Вы можете добавить, что якобы я грозился, если он не оставит своих домогательств, все открыть милорду.

Леди Трухлдуб. Это еще зачем?

Пройд. Затем, чтобы упрочить мнение милорда обо мне как о человеке честном и совестливом и усугубить его ко мне доверие, а это, в случае неуспеха нашей интриги, совершенно необходимо для осуществления другого замысла, который уже созрел в моей голове. (В сторону.) Обвести и тебя, как всех прочих.

Леди Трухлдуб. Решено: скажу, что вы однажды помешали Милфонту учинить надо мною насилие.

Пройд. Превосходно! У вашей светлости необычайно развитое воображение. Итак, вы сейчас поспешите к милорду, задержите его как можно долее в кабинете и, не сомневаюсь, отольете его, как воск, в желательную вам форму. А гости так поглощены собственными интригами и глупостями, что не заметят отсутствия хозяев.

Леди Трухлдуб. Где мы встретимся? В восемь часов, в моей спальне. Мы отпразднуем нашу победу и весело скоротаем часок.

Пройд. Я не заставлю вас ждать.

Леди Трухлдуб уходит.

Пройд. Нетрудно догадаться, как она предполагает скоротать часок. Тьфу!.. У меня вовсе пропало влечение к ней; а ведь она красивая женщина и некогда кружила мне голову. Но вот поди ж ты, с тех пор как я в известной степени поступил к ней на содержание, мои чувства переменились: то, что было удовольствием, стало повинностью, и ныне она волнует меня не более, чем если бы я был ей законным мужем. Появись у нее подозрения о моих планах касательно Синтии, мне не сдобровать. Она дьявольски проницательна и сумеет правильно истолковать мою холодность. А потому придется изобразить страсть и восторг, на том и порешим. Как легко и приятно притворяться в предвосхищении своего торжества! Черт с ним! Ведь можем же мы пить, когда вовсе не чувствуем жажды… Ага! Вот и наш Милфонт, отягощенный думами… Постой-ка, быть у нее в восемь… Гм… Ага!.. Клянусь небом, нашел! Только бы успеть перемолвиться прежде с милордом… Кому я должен быть благодарен собственному уму или божественному промыслу? Э, какая важность! Меня осенила счастливая мысль — я проведу их всех и достигну своей цели. Да, эта двойная игра просто наслаждение!.. Он здесь, примемся за дело.

Входит Mилфонт. Пройд делает вид, что его не замечает.

Пройд (якобы про себя). Милостивое небо! До чего может дойти людское коварство!

Mилфонт. Что с тобой, Джек? Ты так погружен в свои мысли, что чуть не налетел на меня.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги