Первую эмоцию вычисляю сразу — страх — он лежит на поверхности. За него очень просто зацепиться и с ним утонуть. Ожидала ли я встречи? Однозначно нет! Какая к черту встреча? Даже в жутком эротическом сне, что мне снился первые три месяца, представить себе нашу встречу не могла. Всегда они заходили в квартиру вдвоём и без слов раздевались сами, а потом и меня. Томно изводя ласками, нашептывая всякие непристойности, о том как сильно хотят меня и жить не могут. Но! Это было первые три месяца, потом жизнь закрутила с таким темпом, что мечтать было некогда. Да что там мечтать, у меня не всегда время было на полноценный сон!
А теперь мой кошмар явился в реале и я в шоке. Не знаю что делать. Поэтому просто бегу. Ловлю такси не оборачиваясь. Потому что что? Правильно! Мне страшно. Настолько сильная эмоция, что у меня желудок сводит и тошнить начинает. Давление поднялось и руки трусятся, как у алкаша.
Да, блять! Как такое может быть?
Называю адрес гостиницы и громко выдыхаю. Медленно поворачиваю голову и рядом с рестораном…не вижу никого. Он не поспешил меня догнать.
Значит, не нужна.
А ты себе напридумывала, Лиса. Хмыкаю мысленно. Испугалась, как ребенок, бежишь, словно сумасшедшая.
Они, уверенна, даже имени твоего не помнят. Им нет дела до маленькой девочки, которой когда-то я была. И тут же проскальзывает следующая раздирающая мысль.
А если они узнают о беременности? Обхватываю живот. Твою мать! Я же на их земле. Если они узнают, то смогут…что? Отобрать детей? А нужны ли они им? А как они докажут что это их малыши? Господи, выдыхай, Лиса. Я так рожу прям в такси.
Расплачиваюсь и быстрым шагом, постоянно озираясь, спешу скрыться в гостиничном номере. Закрываю дверь на все замки и выдыхаю. Всё. Я в безопасности. Пока что. А потом? Что делать с проектом Эдварда и …я даже имени не запомнила. Кошмар.
Захожу в кухню и сердце останавливается. Тук….тук…….тук………тук….пиздец…..
Лиса.
Земля уходит из-под ног. Мир вращается, как в калейдоскопе. Дыхание прерывается и ощущение, будто тело замерзает от страха. Небольшая кухонька моего номера, сейчас стала для меня настоящим адом. И вмещала в себя двух чертей.
Сглотнула и моргнула на всякий случай.
— Привет, сестренка, — очухался один из чертей.
А мне захотелось зажмурится, и для верности еще и уши закрыть, чтобы не слышать этот противный голос. Как будто вернулась на семь месяцев назад и не было этого этапа взросления и самостоятельной жизни. Будто вернулась в родительский дом, где меня донимал сводный брат. Как сейчас помню его грязные приставания. Что он здесь делает? Какого хрена?
— Хай, бэйб, — этот голос вырвал из марева прошлого и кинул на скалы настоящего.
Божечки! Рой…
Еще не до конца отойдя от шока, посмотрела ясными глазами на сидевших парней.
Если Рой попивал сваренный кофе с улыбкой на губах, то Лёня сидел сгорбившись из-за связанных рук за спиной.
— Что…что здесь происходит? — просипела.
— Я приехал к тебе… — начал брат.
Но Рой схватил за шкирку Лёню и приложил о стол головой. Брат взвыл и посыпал матами.
— Кто этот псих, Лиса?! Скажи этому придурку, чтобы отвалил, блять, как больно, — скулил Лёня, а я не отрываясь смотрела на Роя.
В голове масса вопросов: что он тут делает? Где Макс? Откуда он узнал, что я в ЛА? Ему Макс сказал? И вообще, откуда узнал, что живу здесь? А если он знает о детях?
— Что вы здесь делаете? — повторяю вопрос.
— Я приехал увидеть тебя, а тут этот трется. Дай думаю, встречу по-родственному, — Рой встал и сделал шаг в мою сторону.
Я же, сделала шаг назад. А было желание сорваться на бег.
— По какому к черту по-родственному? — возмутился брат. — Мужик ты вообще кто?
Все замерли в ожидании ответа Роя. Из меня сейчас и слово не вытащить. Напряглась как струна и боюсь сделать вдох. Рой с интересом смотрит на меня и нежно улыбается. А меня заново накрывает, когда вспоминаю эту улыбку. Хочется подойти стукнуть его и прижать к себе. Эти двое, Макс и Рой, подставили меня по-крупному, дважды. Двойная подстава так сказать. Впервые, когда слиняли, оставив меня с блюстителями порядка, второй раз, когда врач объявила о беременности, а их рядом не оказалось.
Но удивительно то, что я не чувствовала злости, и уж тем более ненависти к ним. Мы ничего друг другу не обещали. Они приютили меня, когда было тяжело. Помогли мне. Подарили тепло и заботу, показали, что такое взрослая жизнь и сколько прекрасных граней в ней есть. И если честно, то даже когда уехали из России, они не бросили меня просто так. Огромная квартира в центре столицы записана на мое имя и денег оставили тоже не мало. На первое время хватило.
Просто сейчас я не рада им. Точнее даже не так. Я не ожидала и даже не знаю, что теперь делать. Но одно знаю точно, ставить их в известность о том, что это их дети, я не буду. Отрицание — наше всё!
— Рой, — услышала сзади еще один безумно знакомый голос. — Парень Лисы. А я Макс.