Теперь мои щеки пылали так сильно, что ими, наверное, можно было растопить вечную мерзлоту.
Новые горничные уже сделали всю работу, так что совершенно очевидно, для чего именно я могла бы понадобиться мужчинам нынешним вечером.
– Нет, – коротко ответил Роберт. – Можешь отдыхать. Мы сегодня ждем гостью.
Мое дыхание на мгновение сбилось. Как раз этого я не ожидала. А должна была. С чего вообще я взяла, что с моим появлением в этом доме перестанут бывать особые гостьи?
– Да, конечно, – ответила, с неудовольствием отметив, как дрогнул при этом мой голос.
Да что это со мной?! Не стану же я на самом деле переживать из-за того, что они решили привести очередную девицу? Это глупо!
Раздался смешок Клайда.
– Если ты планируешь подсматривать, – сказал он, – предупреждаю сразу: это пустая затея. Ничего интересного ты не увидишь. Это деловая встреча.
Если бы можно было покраснеть еще сильнее, я бы это сделала. Но сильнее просто невозможно.
– Спасибо, я пойду в свою комнату. Хорошего вам вечера, – проговорила и, не дожидаясь ответа, понеслась вверх по лестнице.
Оказавшись на втором этаже, я остановилась и прислушалась. Кажется, никто не собирался подниматься следом за мной. Судя по негромким голосам, они расположились в гостиной. Ну что ж, тем лучше.
У меня ведь оставалось дело! Важное!
Я юркнула в кабинет Клайда, в темноте подошла к принтеру и вытащила из лотка несколько листков бумаги. Еще один мой трофей, мне будет чем заняться, пока мои хозяева развлекаются.
Я напишу книгу!
Эта мысль пришла внезапно и показалась мне такой простой и естественной, что я удивлялась: как это до сих пор не приходило мне в голову?
Сюжет родился сразу же. Девушка – самая обычная, такая, каких немало живет по соседству, – борется со своими демонами. Она… влюблена в двоих. И никак не может решить, кто нравится ей больше. Не готова отказаться ни от одного из них.
Разные грани любви. Стыд. Отчаяние. Страсть…
Все то, что сейчас испытывала я. И все же моя книжная история не повторит реальную, она будет другой…
…Еще час я просидела над бумагами. Но чем дальше, тем труднее мне было сосредоточиться. Мысли ускользали, то и дело возвращаясь к тому, что происходило прямо сейчас в гостиной на первом этаже.
Я умирала от любопытства.
И в конце концов не выдержала и спустилась, но не стала подходить к двери. Замерла на лестнице, спрятавшись в полумрак. За приоткрытой створкой раздавались голоса, смех.
– …И тогда я говорю им: мадам, засуньте эти инвестиции себе в задницу, справлюсь и без ваших денег… – раздавался тихий хрипловатый голос гостьи.
Девушка явно была не из тех, кто стесняется крепких словечек. Но моим мужчинам это, кажется, нравилось. Кто-то из них добавил со смехом:
– О, у мадам Смит обширное… поле для инвестиций…
Было очевидно: людям, которые собрались за этой дверью, интересно друг с другом. Они, скорее, добрые приятели, и проводить время вместе доставляет им истинное удовольствие.
Не желая дальше это слушать, я вернулась в комнату, закрыла дверь и упала на кровать. Изнутри росло, увеличивалось странное чувство, в котором мне было трудно признаться даже самой себе, настолько оно было нелепым.
Ревность.
Эмилия, ты серьезно?
Похоже, что так…
Пусть это глупо, но меня нечеловечески раздражала вся эта ситуация. Я хотела быть в обществе этих двух мужчин, хотела, чтобы они так же шутили со мной, чтобы им было со мной интересно.
Только вот моя роль в этом доме совсем другая.
Утро встретило меня серыми красками неба – как раз в тон моему настроению. Только если небо могло пролиться дождем, выплеснуть обиду и боль, у меня такой возможности не было.
Я здесь для развлечения хозяев дома. Вряд ли они будут счастливы увидеть мою зареванную физиономию. Мне полагается улыбаться, быть послушной и готовой сделать то, что они захотят. Кажется, я ничего не забыла?
Вчера я ликовала, что избавилась от швабры и щеток, а сейчас с удовольствием бы помахала ими, чтобы отогнать печальные мысли.
Как я ни старалась отвлечься, вспоминался прошедший вечер. И та женщина. Эффектная, красивая – я видела ее мельком, но образ четко отпечатался в памяти… Слишком уж ярко на этом фоне стала видна моя собственная незавидная роль.
Любовница. Пленница. Игрушка, от которой они избавятся, как только вволю натешатся. Но, может, это и к лучшему?
Если они скажут, что я могу уйти, испытаю ли радость?
Я честно ответила себе: «Нет».
Я не хочу, чтобы это заканчивалось… И вообще. Почему я решила, что она чем-то лучше меня? Да, они болтали с ней. Но их страсть, их жадные взгляды – все это принадлежит мне.
Я поняла, что я хочу увидеть Клайда и Роберта, услышать их голоса, почувствовать на себе взгляды, от которых внутри меня зажигаются огоньки.
Поспешно одевшись, я поторопилась спуститься. Да, они уезжают рано, но я еще могу их застать. Просто пожелаю им доброго утра…
Я сбегала по лестнице, когда услышала звук отъезжающего авто. Застыв, вцепилась в перила. Горничные делали вид, что заняты работой, но я поймала взгляд одной из них.
– Доброе утро, – сказала я. – Мистер Олафссон и Дэниэлс уже уехали?
